Блокчейн может быть одной из величайших технологий для спекулятивного трейдинга в истории. С момента создания формальной системы собственности 300 лет назад и изобретения письма за 3000 лет до того ни одна технология так не упрощала торговлю и не создавала новые финансовые рынки

Главный вопрос криптомира всегда состоял в следующем: каково лучшее применение для биткойна и криптовалют в реальном мире? Это цифровые деньги? Новое золото? Средство обращения для черного рынка? Сейчас, после стремительного взлета популярности ICO и цен на биткойн, мы можем сказать со всей определенностью: спекуляция.

И это не плохо. Большая часть торгов на финансовых рынках совершается не для обмена товарами и услугами, а для спекуляции. На рынке Forex, самом ликвидном рынке в мире с ежедневным объемом торговли в $5 трлн, более 80% торгов носит спекулятивный характер. Без спекулянтов рынки были бы менее ликвидными и работали бы хуже.

Мы убеждены, что блокчейн может быть одной из величайших технологий для спекулятивного трейдинга в истории. С момента создания формальной системы собственности 300 лет назад и изобретения письма за 3000 лет ни одна технология так не упрощала торговлю и не создавала новые финансовые рынки. Она настолько мощна, что сейчас мы наблюдаем расцвет спекулятивных рынков, которые всего несколько лет назад невозможно было бы представить.

Крупнейшее на сегодняшний день ICO, проведенное Filecoin, привлекло $250 млн. Второй по величине криптоактив Ethereum — это даже не валюта: эти токены представляют собой право запускать веб-приложения на децентрализованной виртуальной платформе.

Разумеется, и до блокчейна можно было приобрести эти «активы». Amazon продает вам право хранить ваши файлы на их облаке с помощью API-ключа, но никогда не позволял вам продать этот API-ключ или обменять его на API-ключ Google. Сегодня благодаря блокчейну этот цифровой ресурс и многие другие продаются на глобальных площадках, и ежедневный объем сделок составляет миллиарды долларов.

Что делает блокчейн такой невероятной технологией для спекуляций? Давайте сначала посмотрим на необходимые признаки хорошего спекулятивного актива и увидим, как они связаны с блокчейном.

Если вы не уверены, что актив реален, вы вряд ли захотите его приобрести. Защита от подделки — важнейшее требование к спекулятивным активам. В сущности, именно поэтому правительства вообще занимаются деньгами: необходимы могущественные централизованные организации, чтобы установить единую систему мер и весов, удостоверить эти измерения знаком, который был бы узнаваем, но невоспроизводим, и наказать нарушителей.

Антрополог Дэвид Грэбер в своей истории денег и торговли показывает, что правительства поддерживали системы финансовых записей еще до появления монет, во времена, когда шумерские храмовые чиновники записывали всю историю города на глиняных табличках. А когда правительства свергали, эти таблички уничтожали в первую очередь, что символизировало конец режима.

Активы, которые проще подделать, все еще используются для спекуляций, но не без затруднений. В случае с предметами искусства спекулянты вынуждены приглашать дорогостоящих оценщиков или вести дела с зарекомендовавшими себя аукционными домами — одна из причин, по которым только очень состоятельные люди могут спекулировать.

Но криптовалюты нельзя подделать. Их, конечно, можно украсть, но никто не может потратить монету из вашего кошелька или «напечатать» фальшивые монеты. Это ключевой технологический прорыв: блокчейн представляет собой неизменяемые гроссбухи, которые хранятся не в подвалах Храма, но на компьютерах «майнеров» по всему миру. Биткоин — первое масштабируемое решение задачи византийских генералов, старого вопроса вычислительной техники и первое децентрализованное решение проблемы двойного расходования. Это выдающееся достижение.

Большинство активов, как доллары или слитки золота, должны храниться в физической форме, отчего их сложно или очень дорого перевозить, особенно через границы.

Банковские счета позволяют иметь более компактные версии этих активов, но два миллиарда людей не пользуются банковскими услугами, в основном, в развивающихся странах. Это одна из причин, по которым две трети валюты США находится за границей.

Криптовалюты хранятся в цифровом кошельке и доступны каждому, кто знает приватный ключ, — случайную последовательность букв и цифр. Ключ можно хранить, как вам удобно: в голове, на бумаге или в компьютере. Вы можете пересекать границы или бежать из дома посреди ночи, не боясь потерять свое состояние.

Любой физический актив передается при личной встрече. Другие, как сертификаты ценных бумаг и  золотые ETF, могут быть переведены в цифровой форме на фондовых биржах и в определенных юрисдикциях, но с ограничениями. Лишь около 150 «членов» могут участвовать в торгах на Нью-Йоркской фондовой бирже, причем это крупные банки или брокеры.

В мире существуют сотни криптобирж, которые допускают трейдеров к торгам после минимальной проверки личности, но в них даже нет потребности. Кто угодно в любое время может перевести криптоактив с одного кошелька на другой, просто зная публичный ключ кошелька. Посредники не нужны.

Сложность с личной передачей золотых слитков состоит в том, что никогда не знаешь, не ограбит ли тебя второй участник. Этот риск контрагента затрудняет передачу крупных активов, что чрезвычайно важно для спекулянтов.

Западный мир нашел неплохое решение, то, что Эрнандо де Сото называет «система формальной собственности», которая позволяет найти вашим физическим активам бумажное или цифровое выражение, такое как сертификаты ценных бумаг и титулы на землю. Обширная сеть учреждений и процедур гарантирует безопасность этого выражения: публичные регистраторы, эскроу-агенты, оценщики, страховые компании, депозитарии.

Вместо того, чтобы лично торговать слитками, трейдеры приносят подтверждение своих прав на слитки на Чикагскую товарную биржу и продают их оптом, без необходимости перемещать актив. Риск контрагента отчасти сохраняется, если биржа не доставит золото, но он намного слабее, чем раньше.

Благодаря неизменяемым реестрам и криптосистеме с открытым ключом передача криптоактивов один на один практически свободна от риска контрагента. Однако вам нужны посредники, если вы хотите заключать сделки сразу с большим количеством людей. Как правило, такие операции проще, чем сделки с участием посредников на финансовых рынках США. Это пробел в обеспечении безопасности, который со времен должен быть восполнен.

Крупнейшие игроки предпочитают заключать сделки анонимно, через Каймановы острова и счета в швейцарских банках.

Уровень конфиденциальности криптовалют различается. Биткоин со своим публичным реестром транзакций во многом предоставляет меньше анонимности, чем наличные деньги. Но сейчас появляются новые «анонимные монеты, например, Monero и ZCash, которые используют последние достижения криптографии, чтобы операции невозможно было отследить.

Для западного мира конфиденциальность может быть главным преимуществом криптовалют над существующими спекулятивными активами. Скрыть вашу историю транзакций так сложно, что только очень богатые люди хотя бы пытаются. И даже у них не всегда выходит.

Возможность разделения актива — недооцененный, но неотъемлемый элемент спекуляций. Большинство людей не в состоянии купить целые фабрики или компании, но миллионы владеют акциями Apple. Взрывной рост финансовых рынков США в 80-е был во многом вызван секьюритизацией — процессом дробления, разделения на транши и объединения активов, которые раньше могли передаваться только целиком.

Криптовалюты бесконечно делимы. В конце концов, это всего лишь байты.

Люди любят спекулировать на контрактах даже больше, чем на активах. Рассмотрим простейший спекулятивный контракт: если New York Yankees победят в Мировой серии, вы заплатите мне $100. Сегодня в большинстве стран мира нельзя сделать такую ставку и будет трудно добиться исполнения.

В случае с криптоактивами контракты могут быть запрограммированы в самом активе — это так называемые «умные контракты». Иные активы могут быть только предметом договора, поэтому трейдеры нуждаются во офлайн-системе, которая бы обеспечивала выполнение контракта, как, например, суды, чтобы добиться исполнения обещаний «если А, то B». Технология «умных контрактов» еще нова и нуждается в доработке, но для спекулянтов это один из самых многообещающих аспектов блокчейна.

Обратите внимание, что в нашем перечне не говорится о «внутренней стоимости». Многие скептики утверждают, что у криптовалют нет будущего, потому что они не обладают фундаментальной ценностью — нет поддержки со стороны правительства, нет насущной необходимости владеть активом. Это может быть важно для того, чтобы превратить актив в «деньги» (хотя вопрос спорный), но это неважно для спекуляции. У предметов вроде бейсбольных карточек, игрушек Beanie Babies и даже золота внутренняя стоимость невысока.

Главный упрек в адрес криптоактивов состоит в том, что они пригодны только для спекуляций. Это не так: есть много причин для покупки базовых активов — чтобы получить вычислительные мощности или заключать сделки конфиденциально. Но верно то, что блокчейн необычайно хорош для спекуляций. Сам факт, что биткоины невозможно подделать, обусловливает их преимущество над многими существующими спекулятивными активами, как, например, рынок предметов искусства объемом $50 млрд, где 10-70% объектов — фальшивки, или доллар Зимбабве.

И спекулянты это заметили. Когда миллионы розничных инвесторов по всему миру вкладывают в криптоактивы, можно говорить о крупнейшем инвестиционном тренде тысячелетия. Со стороны институциональных инвесторов каждый день возникают фонды, специализирующиеся на криптоактивах. Два старейших фонда Polychain Capital и Metastable привлекают капитал быстрее, чем, вероятно, любой менеджер первого в своем роде фонда. Топовыйтрейдер и бывший сотрудник Fortress Майк Новограц привлек в фонд $500 млн. Ходят слухи, что Goldman Sachs открывает отдел торговых операций с использованием криптовалют.

Но мы полагаем, что это только начало. Трансформационный эффект блокчейна может быть так же велик, как и последней крупной торговой технологии, западной формальной системы собственности, которая ускорила индустриальную революцию. Де Сото пишет: «Точно так же, как озеру нужна гидростанция для того, чтобы производить энергию, активы нуждаются в формальной системе собственности, чтобы создавать стоимость. Без формальной собственности, которая позволяет выявить их экономический потенциал и преобразовать его в форму, которая легко было бы перевозить и контролировать, активы точно вода в озере высоко в Андах —  нетронутый запас потенциальной энергии».

Именно система собственности превратила физические активы в капитал, нечто, что можно измерить, продать и использовать для развития производства — подлинное богатство народов по Адаму Смиту. Система собственности радикально снизила барьеры для торговли и спекуляций, ускорив наступление эры ликвидности и глобальных рынков капитала. Блокчейн может сделать то же самое.

Поделиться с друзьями

Об авторе

Вы можете помочь и перевести немного средств на развитие сайта