В прошлый раз я писал о проекте глобального изменения климата планеты Петра Борисова. Но справедливости ради, такие масштабные и, на первый взгляд, экзотические проекты рождались не только у советских ученых. Например, перед Второй мировой войной в Европе прозвучала идея осушения значительной части Средиземного моря. Подробности — под катом.

Многим доводилось слышать про проект поворота сибирских рек в нуждах народного хозяйства СССР. И о том, что от этой идеи отказались, поскольку «цена вопроса» (как в виде затрат на реализацию, так и в виде экологических последствий от оной) оказалась слишком высока. Но это был не единственный проект глобальной переделки карты мира в истории XX века. И сегодня мы предлагаем вашему вниманию историю про человека, предложившего осушить Средиземное море.

Звали его Герман Зёргель. В 1927 году этот немецкий архитектор выступил с футуристическим проектом «Атлантропа». В десятилетия между двумя мировыми войнами вообще были популярны глобальные строительные проекты, которые должны были демонстрировать мощь государств, их осуществлявших. Альберт Шпеер вдохновлял руководство Третьего рейха планами перестройки Берлина, который они считали будущей столицей «нового мира». А в Москве возводился огромный Дворец Советов – символ первого «рабоче-крестьянского государства».


Герман Зёргель
Но Герман Зёргель пошел дальше и предложил соединить европейскую часть Евразии с Африкой, сделать Сахару плодоносной, а также создать систему гидроэлектростанций, обеспечивающих электроэнергией всю Европу. Соавторами проекта выступили двое ученых – Александр Галлант и Вольфганг Фойгт.
В своем проекте они исходили из того, что впадающие в Средиземное море реки способствуют приемлемой интенсивности его испарения. А соленая вода поступает в него через Гибралтарский пролив, с перекрытия которого и должна была начаться реализация проекта. Изначально Зёргель заявлял о необходимости понизить уровень Средиземного моря на 400-500 метров с помощью каскада дамб, перекрывающих Гибралтарский пролив, каждая ниже другой на сто метров. Потом архитектор и его единомышленники пришли к выводу, что это создаст серьезные проблемы для судоходства. И что понижения уровня моря на 100-200 метров достаточно. Соответственно, теперь речь шла лишь об одной дамбе в районе Гибралтара.
Еще одна дамба в районе Дарданелл должна была отделить Средиземное море от Черного. А третья, между Сицилией и Тунисом, должна была разделить его на две части. В результате, ожидалось, что в западной части уровень воды снизится на 100 метров, а в восточной – на 200 метров. Площадь моря таким образом уменьшилась бы на двадцать процентов (более полумиллиона кв.км), а европейцы получили бы новые земли для расселения и дешевую электроэнергию (от каскада ГЭС на построенных дамбах). Реализация этого проекта, считал Зёргель, займет около ста лет и приведет к появлению нового континента – «Атлантропы».

У проекта Зёргеля нашлись сторонники, но их круг состоял в основном из архитекторов, инженеров и некоторых политиков стран Северной Европы. Что и неудивительно, поскольку при детальном изучении проекта экспертами минусов обнаружилось куда больше, чем плюсов.
Во-первых, отметили они, осушенная территория представляла бы собой безжизненную пустыню, покрытую большим количеством соли, да еще одну из самых жарких на планете. То есть, для переселенцев даже выживание на «землях Атлантропы» стало бы большой проблемой, не говоря уже о какой-либо хозяйственной деятельности.

Одновременно с этим пострадала бы и береговая инфраструктура двух десятков государств, имеющих выходы к Средиземному морю. Мало того, что их развитая портовая инфраструктура становилась ненужной вместе со всемирно известными курортами, так и сельское хозяйство оказывалось под угрозой.

Одно дело выращивать урожай на морском побережье, и другое дело – на краю соленой пустыни. По сути, экономики этих стран были бы разрушены, что никак не компенсировалось бы снижением цен на электричество.

Другая очевидная слабость проекта вытекала из его масштабности. В мире на тот момент не производилось столько бетона, сколько потребовалось бы для сооружения одной лишь дамбы в Гибралтарском проливе. А ведь это была лишь часть грандиозной стройки. Вообще ее ведение потребовало бы консолидированной работы всех европейских стран в течение столетия (включая и те, для кого это было самоубийственно). Ни сейчас, ни, тем более, тогда рассчитывать на столь долговременное и тесное сотрудничество между мировыми державами не приходится. А значит, подобные проекты становятся чрезмерно рискованными и с политической, и с экономической точек зрения.

Были и другие, менее явные, но не менее угрожающие последствия. Осушение моря должно было вызвать повышение уровня воды в Мировом океане. Значит, под угрозой затопления оказывался еще ряд важных экономических центров по всей планете от Амстердама до Нового Орлеана.

А во что выльется в плане климата появление огромной соляной пустыни между Европой и Африкой, и вовсе никто не брался предсказать, но ничего хорошего ждать не приходилось.
После 1945 года стало очевидно еще одно «слабое место»: в случае третьей мировой войны дамбы «Атлантропы» становились очевидной целью для бомбардировок. Чтобы разрушить Гибралтарскую дамбу, хватило бы одной ядерной боеголовки, а последствия для всего юга Европы были бы ужасающими…

Неудивительно, что ни один из ведущих политиков или серьезных ученых этот проект в итоге не поддержал (Гитлер, к слову, хоть и увлекался всякими сомнительными проектами, вообще запретил любую пропаганду идей «Атлантропы» на территории Германии).

Правда, Зёргеля это не смутило, и он продолжал отстаивать свою правоту еще два десятка лет (до смерти в 1952 году). Он уверял, что человечество будет вынуждено пойти по пути подобной глобальной перекройки ландшафта по ряду причин. В их числе – истощение запасов угля (когда «единственной надеждой» станут ГЭС), и построение общества под властью технократов как единственной альтернативы тоталитарным режимам Берлина и Москвы. Таким образом, его проект станет не только «родоначальником нового континента», но и даст начало «технократическому Возрождению Европы», считал он.

Практика показала, что, как это часто бывает с прогнозами, их авторы ошибаются, поскольку не могут учесть все факторы. Развитие атомной энергетики и ВИЭ делает гидроэлектростанции не столь уж исключительными (да и запасы угля оказались большими, чем предполагалось). Зато «Атлантропа» стала отличной моделью, на которой эксперты показали, к каким серьезным негативным последствиям может привести реализация масштабных и, на первый взгляд, привлекательных экономических проектов. И в этом отношении Герман Зёргель и его проект принесли человечеству несомненную пользу.