SpaceX точно следует инвестплану, для которого полеты на Марс не в приоритете. Это лишь прекрасное шоу для энтузиастов. Настоящая цель — космический интернет, раздаваемый всему человечеству с орбиты

Запуск сверх-тяжелой ракеты Илона Маска произвел глобальный оглушительный эффект своей зрелищностью. Манекен в родстере, трек Боуи, синхронно приземлившиеся блоки первой ступени — все это произвело впечатление фантастического шоу. Голливудский масштаб постановки доставил огромное удовольствие всем фанатам Маска, однако (и это, в каком-то смысле тоже было и целью) заслонил истинные бизнес-масштабы произошедшего.

Начнем с того, что Илон Маск воспринимается широкой публикой как дерзкий мечтатель, мечтающий переселить человечество на Марс. Умело подогревая образ в меру чокнутого, в меру прагматичного предпринимателя, Маск фокусирует на себе глобальное внимание и чрезвычайно эффективно его капитализирует. Однако, внимательно прочтем, в какую же собственно задумку он положил свои собственные первые $100 млн в далеком 2006 году? Звучало ли там слово Марс? Да, но скорее как курьез. С первого дня целью компании была обозначена великая и крайне прагматичная цель — космический интернет, раздаваемый глобально всему человечеству.

Идея низкоорбитального интернета сразу захватила умы наиболее прозорливых инвесторов Кремниевой долины. Уже 10-15 лет назад они понимали, что человечество нуждается в единой глобальной сетевой инфраструктуре. Доступной и в мегаполисе, и в пустыне. И хотя весь хайп с «интернетом вещей» и тотальной роботизацией был еще в зачатке, было понятно, что вынесение в космос ключевой инфраструктуры связи — это мега-проект.

Сразу были прикинуты и технические параметры, в частности, стало понятно, что повесить удобные геостационарные спутники, которых для глобального охвата нужно с десяток — увы, не получится. Слишком долго сигнал будет путешествовать в космосе, и пинг превысит все разумные значения. Ни для промышленного применения, ни для транспорта, ни тем более для массовых компьютерных игр и социальных сетей такая задержка неприемлема. А потому стало понятно, что космический интернет будет низкоорбитальным, а следовательно — спутников должны быть сотни и даже тысячи!

Первыми инвесторами после Маска стали его бывший партнер по PayPal Питер Тиль через свой знаменитый фонд Founders Fund, а также легендарный фонд Draper Fishman Jursetson. Стив Юрветсон был первый, кто «разглядел Маска», и был одним их первых инвесторов в его проекты — SpaceX и Tesla. Он же, к слову — один из авторов «электронного государства» в Эстонии, обладателем электронного паспорта номер 1 он и является.

За последующие годы, в 9 раундах, SpaceX привлекла уже $1,6 млрд инвестиций в капитал (и это не считая грантов и других денег, прежде всего от NASA и иных госорганизаций). И в числе инвесторов — практически вся элита Кремниевой долины. А текущая оценка компании уже достигла $21 млрд.

В предпоследнем раунде на $1 млрд инвестором стала компания Google, которая на данный момент внесла наибольший вклад в проект низкоорбитального интернета. И проект развивается полным ходом! Планируется,  что он начнет приносить доход в $5 млрд уже в 2020 году, а к 2025 он вырастет до $35 млрд! Это к слову означает, что многотысячная группировка спутников (называются разные цифры от 2200 до 4000 спутников) должна быть массово выведена в период до 2020 года. И как мы видим — сроки, в целом, выполняются. С возможным сдвигом в 1 – 2 года.

Вслед за SpaceX о проектах такого масштаба заявил британский проект OneWeb, за которым стоит Ричард Бреннсон и калифорнийский гигант Qualcomm, с такими же инициативами выступил Samsung и китайские космические компании. Количество выводимых спутников в этих констелляциях поражает воображение – по последним данным OneWeb планирует запуск 640 спутников, которые будут развернуты буквально за несколько лет (планы постоянно плывут, но ожидается, что это произойдет не позднее 2020 года). Кстати, долгое время основной «рабочей лошадкой» для вывода этой констелляции планировались российские «Союзы». На данный момент OneWeb привлек  $1,7 млрд в 3х раундах инвестиций, крупнейшим инвестором стал знаменитый SoftBank, вложивший $1,2 млрд в 2016 году.

Samsung заявил в свое время проект по выводу 4600 спутников к 2028 году, что так же станет массовым космическим проектом. Параметры китайской группировки не озвучиваются, но они так же будут весьма масштабны.

Что же мы видим? Из всех заявленных проектов только проект Илона Маска подразумевает, что он будет использовать собственные носители для выведения спутниковой группировки. Потому, кстати, мы имеем меньше информации о его проекте — ему не нужно заранее контрактовать пуски (хотя в утекших в WSJ документах мы видим планы по запуску по 50 Falcon 9 в год — то есть практически еженедельные запуски в течении 3х лет!). Иными словами, космическая интернет инфраструктура требует на порядок больше пусков, чем вся текущая космическая индустрия.

Заявленный вес спутников OneWeb составляет порядка 200 килограмм, что означает, что только этой нагрузки потребуется вывести 130 тонн. Группировка Маска будет в несколько раз «тяжелее». Китайцам и корейцам тоже понадобится выводить сотни тонн грузов, причем делать это практически ежегодно. Вот вам и ответ — откуда появился запрос на тяжелую и сверх-тяжелую ракету, для которой раньше запросов и задач (кроме научно-престижных, таких как полет на Луну или Марс) не существовало.

Как становится понятно, Falcon Heavy — это промежуточная ракета для долгосрочной стратегии SpaceX, именно потому она и не подавалась на сертификации NASA для доставок грузов на МКС и других задач. Для этого есть «космический извозчик» Falcon 9, из которого, собственно, как из кубиков, и собрана тяжелая ракета. Судя по всему, задача «тяжеловоза» — обеспечить скорый и надежный транспорт на орбиту спутниковой группировки Маска и развернуть космический интернет в заявленные сроки (и видимо – первыми в этой новой космической гонке). И с ракетой, которая может вывести 63 тонны на низкую орбиту — это существенная заявка на победу!

Итак, что же получается, Марс ни при чем, а красный родстер запулили в черный космос как в копеечку? И да, и нет.

Прагматичный инвестплан SpaceX, выполняемый пока весьма точно, никакого Марса не предполагает. Это все прекрасное шоу для энтузиастов. Однако уже в середине проекта стал понятен могучий синергетический эффект, который оказывает этот тренд на мировую космонавтику.

Как только информация о планируемых массированных запусках спутниковых группировок просочился в Долину, там начался бум инвестиций в космос. В 2014 и 2015 году наблюдался такой ажиотаж, что Space был самым быстрорастущим сегментом венчурных инвестиций. Были заявлены десятки проектов по малым спутниковым группировкам, которые предназначаются для дистанционного зондирования земли, поддержки навигации и других прагматичных задач. Прогнозное удешевление стоимости вывода сделали коммерчески привлекательными множество проектов, и начался бум создания микро и нано-спутников. Космическая индустрия получила второе дыхание, и тут уже принялась за совершенно амбициозные проекты.

К ним следует отнести такие сверхамбициозные проекты, как Planetary Resources и Deep Space Industries. Как следует из названия, компании предполагают добычу космических ресурсов на астероидах. Но с какой целью? Недавно это стало окончательно понятно. К слову, автор этих строк высказал почти год назад предположение об истинных планах этих компаний на заседании Экспертной коллегии Военно-промышленной комиссии, обсуждавшей Стратегию Роскосмоса. И да, вскоре после этого в блогах компаний эта гипотеза была подтверждена. В чем она?

Суть в том, что на повестку дня поставлена задача создания в космосе промышленной инфраструктуры — крупных орбитальных станций, способных к производству значительного количества различных изделий. Именно для решения этой задачи в космосе необходимо обеспечить добычу воды, кислорода, водорода (как топлива), а также материала для крупногабаритных конструкций. Откуда же их брать? Вариантов немного — или сборка и утилизация «космического мусора» (заброшенных и отработавших ресурсы спутников), Луна и околоземные астероиды (орбиты которых проходят недалеко от Земли, и которых в настоящее время обнаружено уже несколько тысяч).

Какая из моделей развития орбитальной промышленности победит пока не понятно, однако, к этой, следующей вслед за «космическим интернетом» гонке уже начали готовиться. Прорабатывать технологические аспекты, формировать проекты, готовить носители. К слову, в России так же есть кое-какие перспективные наработки, а автор этих строк совместно с Сергеем Жуковым, руководителем AeroNet НТИ ведет их активный поиск, но все же, Россию эта гонка, будем честны, еще не коснулась.

Орбитальные производства пока не имеют своего «наполнения» — что именно производить в космосе будет выгоднее, чем на Земле, еще не понятно. Но тут сформировалась «обратная связь». Сама по себе возможность космического производства делает возможными (и счетным в инвестиционном плане) проекты по их разработке. К примеру, в России компания 3D Bioprinting Solutions при поддержке Роскосмоса планирует проведение тестовой печати органов человека в условиях невесомости. А ведь напечатать полый орган (например — сердце) из мягких тканей возможно только в невесомости. И если это удастся, то у огромного числа людей, ждущих пересадки, появится шанс получить напечатанное из клеток их собственного тела сердце, которое не будет отторгаться организмом!

Проект «космического интернета» породил прорыв в удешевлении доставки грузов на орбиту. Снижение цены и появление «рынка доставки» сделало возможным планирование космического производства. Запуск десятков проектов по орбитальной добыче ресурсов и производству потянуло за собой амбициозные планы космического строительства. И у космоса появилось будущее — как у гигантской инфраструктуры и индустриальной площадки. Об это недавно заявил и Джефф Безос, еще один миллиардер, вкладывающий ежегодно по $1 млрд личных денег (он аккуратно продает на эти цели небольшой пакет своих акций Amazon).

И все же — при чем тут Марс?! Во-первых, это красиво! Во-вторых, это массово понятный бренд и цель. И в-третьих — до него земляне когда-нибудь долетят. Когда построят космические производства, способные собрать космический корабль на орбите. Когда удешевят доставку грузов на орбиту еще в 10-100 раз. Когда космос станет крупнейшей индустриальной площадкой. И когда в этом появится реальный практический смысл.

Пока же, под красивые презентации о Марсе, ведущие инвесторы и предприниматели мира делят ставший доступным пирог ближнего космоса. И планируют на этом сказочно обогатиться. Мы же увы, в этом пока лишь зрители. И как показали последние дни — мы зрители, восторгающиеся мега-шоу, но не понимающие, а что оно собственно означает.

Поделиться с друзьями

Об авторе

Вы можете помочь и перевести немного средств на развитие сайта