ДИСКЛЕЙМЕР: У меня нет готового лайфхака. Я тащу эту структуру из собственной головы прямо сейчас, в режиме реального времени. Эта статья про одни из граблей, которые я смогла по‑своему задетектить. О том, как я искала ответ, или, точнее, вопрос. Я восстанавливаю последовательность своих мыслей из логов двухмесячной давности, показываю, как разрозненное раздражение собиралось вокруг одной оси. Если Вам близко такое размышление — буду рада Вашим мыслям по прочтению

Как часто Вы понимаете, что работаете, но время утекает сквозь пальцы вообще не на то, что Вам хотелось бы? Или Вам приходится сквозь зубы искать нужную информацию, Вы точно помните, что она у Вас есть, но ее не найти? Или же Вы ее находите, когда прошло много времени? И рабочее настроение иссякает, уступая место «Да ладно, завтра доделаю…»

Если Вам это знакомо, тогда я бы хотела привести Вам в качестве примера вопросы, которые преследовали меня очень долго:

• бесит пересматривать видео и искать нужный кусок;

• бесит, что конспекты долго делать;

• бесит, что открытых вкладок миллион;

• бесит, что задачи надо помнить;

• бесит начинать проект с нуля;

• бесит потеря контекста;

• бесит, что не знаешь, стоит ли видео/текст времени;

• бесит, что полезное существует, но потом не найдешь;

• бесит, что информация требует полного прохождения маршрута.

(Это я сейчас их могу назвать, а раньше я просто злилась, не понимая, что именно меня раздражает в управлении информацией.)

Сначала я вообще не знала, что ищу. Более того, я вообще не собиралась целенаправленно искать. Это ощущение жило во мне, но я не могла его сформулировать, просто живя с ним и иногда раздражаясь от него. Пока оно почему‑то не стало расти и не получило аналогию после того, как я… сходила в горы.

Итак…

У меня был в походе рюкзак. Как у всех, в общем‑то, кто ходит в походы. И я бесилась от того, что, чтобы достать какую‑то вещь, которая мне нужна была «сейчас», я должна была вывалить кучу всего остального. И не могла сразу «нырнуть к нужному», потому что основной отсек был построен по типу «трубы» (как и многие рюкзаки).

Я настолько странно отреагировала на бытовую ерунду, которую большинство людей воспринимают как данность, что стала разбираться, почему она меня вообще так задела.

В диалоге с ИИ по возвращении домой я неожиданно для себя провела параллель с информацией — там тоже часто приходится все так же «вываливать из рюкзака» все подряд, чтобы найти необходимое. «Проходить ненужное, чтобы найти нужное». Например, Вам приходится пересматривать видео, чтобы отыскать что‑то конкретное, продираясь через информацию, которая очень полезна сама по себе, но не нужна Вам прямо сейчас?

Вот у меня с рюкзаком (и с данными на компьютере) была много раз именно такая ситуация — Я знаю, что у меня это уже есть. Но как добраться до этого без повторного вываливания всего остального/просмотра всего остального? Причем под «просмотром всего остального» я имею в виду именно читать/обрабатывать материал, прежде чем понять, что он тебе нужен (или еще «лучше» — не нужен).

И вот что занятно. То, что вещей/информации много — это не всегда главная проблема, главная проблема — это невозможность сразу «нырнуть» к нужному, не тратя кучу времени на все остальное. На примере рюкзака я тогда поняла, что непродуманная навигация может испортить жизнь человеку не только в походе, но и в его личной базе данных. Значит, хорошая навигация, наоборот, должна позволять сразу «нырнуть» к нужному.

Тогда ИИ подсказал мне о существовании Front Loading/Clamshell рюкзаков, расстегивающихся по всему периметру. Можно открыть его и увидеть сразу, где что лежит. А потом — и достать необходимое.

(Не так давно я узнала, что такие рюкзаки не набрали бешеной популярности, потому что, если молния сломается в горах, то это будет, мягко говоря, плохо. Но такое инженерное решение действительно существует и свою нишу занимает.)

Что иронично… свою базу данных на тот момент я строила (и строю) именно как пространство навигации по смысловым территориям (описывала кластеры в прошлой статье — принцип тот же: есть холст, на нем кластеры с информацией, где можно зумиться). Я открывала интерфейс и видела весь ландшафт знаний, «чемоданным раскрытием». Это карта, которая хранит не только объекты, но и отношения между объектами, отвечая на вопрос — «Где это находится относительно всего остального?». Или же «Где смысл находится относительно остальных смыслов?».

(Сейчас могу добавить: система может сохранять не только найденное знание, но и следы исследования: где была, что проверила, что не проверила и так далее)

До похода я ловила разрозненные куски — проблемы, часто не поддававшиеся описанию и злившие меня (вопросы из начала статьи), но подбирала для них какие‑то решения.

И вот что странно… Все те решения, что я придумывала, крутились вокруг двух вещей:

1. необходимость снова и снова оплачивать доступ к уже пройденному (взгляд в прошлое);

2. платить своим временем и вниманием заранее за то, чего я еще не проходила, и что могло по итогу для меня совсем не представлять ценности (взгляд в будущее).

Мои решения тех проблем начали выглядеть как нечто, что уменьшает стоимость входа к знанию/опыту для будущей меня. Они не обязательно хранили само знание, но хранили сокращение пути к знанию.

По какой‑то причине я боролась не с хаосом, а с когнитивным трением при доступе и переключениях. Потому что любой опыт (видео, книга, статья) может быть замечательным, но если для нужной мысли надо:

найти → открыть → вспомнить контекст → пересмотреть → понять, что не то → переключиться → потерять исходную задачу...

То качество самого знания не спасает.

(Сейчас я понимаю, что почему‑то я очень чувствительна к цене навигации и ощущаю ее отсутствие или недостаточность физически — меня это прямо злит. А те проблемы, что я решала в своей базе знаний, как раз были направлены на то, чтобы снять часть нагрузки и боль от неподходящей навигации для моего мозга.)

Интересно, что тогда с помощью диалога с ИИ мне стало понятно, что у этих проблем есть общего. Предотвращение каскадных проблем. И они возникают и в походе, и в систематизации знаний. Приведу примеры:

Промок рюкзак → Промокли вещи → Стало тяжелее → Устала сильнее → Медленнее иду → Больше времени под дождем → Еще сильнее намокла → В лагере вещи мокрые → Уснула в мокрых вещах → Могу заболеть и так далее.

И информационные системы:

Потеряла заметку → Не нашла ответ → Пошла искать → Провалилась в другое → Потеряла исходную задачу → Устала → Отложила →Синтезировать новый смысл не получилось.

Как видно по этим примерам, один маленький сбой может запустить лавину. А не только… не дать человеку найти заметку в его базе знаний.

В тот день я начала замечать, что разные вещи подчиняются одной механике:

хорошая система не просто хранит то, что есть. Она не даёт маленьким сбоям превращаться в каскад проблем.

Можно здесь подумать над несколькими принципами (не истина, просто пища для размышлений):

1. часто используемое должно быть под рукой;

2. навигация важнее простого хранения;

3. предотвращать проблему дешевле, чем потом разгребать её последствия;

4. человек не должен каждый раз начинать с нулевой точки;

5. системе нужно учитывать не только текущую операцию, но и то, что произойдёт через несколько шагов.

И что сохранение упоминания объекта, как, например: «Взять дождевик, зип‑пакеты, таблетки» не всегда помогает на будущее. А вот «Дождевик должен быть доступен сразу», «Завязывать шнурки на ботинках на тройные узлы сразу» — уже более конкретные действия. Да, по‑хорошему это нужно помнить? Но все помнить лично у меня не получается, и я иногда наступаю на те же грабли, которые, казалось бы, невозможно было забыть. Даже несмотря на то, что я нервничала и злилась в те моменты прошлого.

На тот момент я отметила еще кое‑что: мне казалось, что «я бешусь, что меня всякими видео заставляют проживать, тратить эмоции на то, чего я часто не хочу...». Но, покрутив эту мысль так и эдак, я поняла, что злилась из‑за того, у меня не было права выбора уровня погружения. Ведь видео я смотрела, и смотрю, могу потратить время, если добровольно выбрала проживать этот опыт. Но вот… например, мне не всегда нужно целое видео, которое мне необходимо пролистывать (даже с учетом таймлайнов), чтобы найти конкретный кусок. То есть, в одну обязательную процедуру смешиваются:

1. поиск;

2. понимание;

3. проживание;

4. запоминание.

Несмотря на то, что это разные действия. Потому что можно найти и не понять. Можно понять и не запомнить. Можно запомнить и не прожить. Можно прожить и ничего не найти.

Иногда нужно сначала понять: «Это вообще то, что я ищу?». Затем — «Что здесь главное?», и только потом, если действительно нужно — «Давайте глубоко». (И нет… лично меня таймлайны не спасают до нужной степени, они, конечно, ускоряют поиск на порядок, но часто не дают глобальной картины происходящего). Я подумала тогда, что хорошая информационная среда должна давать выбрать глубину контакта с материалом до того, как будет потрачена значительная часть внимания.

Потом я перешла к мысли, что на данный момент, возможно, один из дефицитных ресурсов — это внимание, даже не время. И вопрос может звучать так: Как не утонуть в информации, которую ты уже нашёл?

То есть, дефицитом становится не столько доступ к данным, сколько способность обработать их без перегрузки. Переходы между контекстами съедают внимание — не столько время, сколько способность человека держать фокус на конкретных вещах. И если он тратит это внимание на попытки снавигироваться в системе, то для выполнения реальной задачи… фокуса ему уже может не хватить.

(Я бы хотела сравнить потерю фокуса, например, с трубой, по которой течет этот важный ресурс, но он просачивается через дыры, и до нужной точки его доходит уже намного меньше)

Вот к таким мыслям я тогда пришла:

1) Мне дорого возвращаться к уже пройденному.
↓
2) Мне дорого заранее тратить внимание на неизвестно что.
↓
3) Значит, проблема не только в доступе. Есть ещё стоимость самого контакта с информацией.
↓
4) Внимание ограничено.
↓
5) Хорошая система должна не требовать от человека сверхчеловеческого внимания, а экономить его для тех вещей, что действительно нужны.

(Сейчас я бы сказала, что проблема‑то не только в том, что информацию нельзя найти в системе. А в том, что, чтобы понять, нужное это или нет, необходимо «перепрожить» ее заново, или же «прожить» чужой опыт в первый раз, чтобы сказать, что это не подходит… А внимание у человека — это конечный ресурс, к сожалению…)

Дальше я писала о том, что не обязательно все помнить самой. Но и полностью отдавать память внешней системе опасно. Понимание внутри. Навигация снаружи.

(В идеале, как я это вижу сейчас — понимание должно остаться внутри человека, а среда должна взять на себя часть навигационной и организационной нагрузки. В моем понимании, внешняя система не заменяет понимание, но освобождает внимание от того, что не обязательно держать в голове. Чтобы внутри оставалось место для принципов, механизмов и причинности.)

Я приходила к этому не со стороны готового решения, а с череды вопросов:

что меня бесит? → почему это бесит? → где именно возникает трение? → что должно измениться, чтобы это трение исчезло? (Что мне нужно добавить, чтобы нивелировать это трение?)

Я поняла, что меня раздражал не объем знаний, а сам способ доступа (или же упаковки) к ним: почему мне нужно снова искать то, что я уже проходила, почему нужно лезть в Терра Инкогнита чужого опыта без ориентиров, почему мне нужно проходить то, что я уже проходила, но я напрочь забыла о существовании этого опыта?

Мне не давало покоя само несоответствие намерения человека с тем способом доступа, что предлагает система. Последовательный маршрут (в горах, или в видео) может быть прекрасен, если я пришла исследовать тему целиком. Но если мне нужен один конкретный фрагмент из видео, тот же маршрут становится налогом. И, в общем‑то, возникает вопрос: почему повторный доступ к уже пройденному опыту часто стоит почти столько же, сколько его первоначальное исследование? Если я уже прошла гору и нашла родник, мне не должно требоваться снова проходить весь маршрут только ради кружки воды. Я хочу телепорт!

Именно в это время мозг зудел, пытаясь найти закономерность — неизвестную переменную, связавшую бы эти все симптомы в одну кучу. У меня были проблемы как разрозненные куски (x), были какие‑никакие решения для них (y), но не было мета‑переменной над ними — z. И это меня… выводило из себя, но я продолжала копать.

Следующей темой, в которую меня потянуло, стало обнаружение, что я боюсь потерять не информацию как таковую, а состояние сборки. И переключение контекста очень перебивает это состояние. Во время прерывания факты, с которыми я работаю, никуда не исчезают, но конкретная конфигурация связей может рассыпаться, и восстанавливать ее придется почти заново, если она не зафиксирована. Хрупкая конструкция, подобная карточному домику…

И снова возвращалась к тому, что не хочу платить цену за то, чтобы проживать незнакомое техническое видео (не встроенное в курс) без знания, понимания, нужно ли оно мне в данный момент (если мы берем не развлекательное). В горах мне хотелось сюрприза, а вот в серьезной информации, куда я направляю свой фокус и внимание, сюрприза… уже не хочется, цель уже другая — результат, и чем быстрее — тем лучше.

Обдумывая свое прошлое тогда в диалоге, я пришла к выводу, что время от времени страдала в своих самодельных базах знаний от двух «налогов»:

• Налог повторного поиска (Ничего не сохранено мной, не помечено, где это может быть — приходится снова идти через «информационные джунгли»)

• Налог избыточной фиксации (Я сохраняла все, на что натыкалась, а потом оно лежало мертвым грузом) — неокупившаяся инвестиция.

(Со стороны нынешнего опыта я вижу это как — человек делает полезные вещи, но система незаметно перенаправляет его усилия исходного фокуса на обслуживание самой системы, а не на синтезы новых смыслов.)

Но, если до эпохи ИИ я чувствовала, что могу не так сильно переживать на счет фиксации и времени, потраченного на упаковку информации, то сейчас все изменилось. Как я уже говорила в прошлой статье, данные устаревают быстрее, чем я могу их зафиксировать, чтобы потом надеяться их использовать. Поэтому цена времени фиксации ошибочного материала может быть критической. И приходится искать другие пути — заранее оценить ценность материала становится важнее — нужен предиктор ценности ответа (перед тем, как Вы идете в неизвестное). И нужна такая фиксация, которая окупает будущий доступ к опыту, но и сама не превращается в новую бездонную бочку по поеданию фокуса и времени (после того, как Вы уже ознакомились с чужим опытом).

«Если я буду картографировать всю инфу, сойду с ума. И не факт, что пригодится. То есть, она потенциально есть, но может не пригодиться. А может и пригодиться. Инфа Шредингёра…» — как‑то так я описывала свое состояние в тех логах, двухмесячной давности. Выходит, меня раздражал сам факт «подвешенности» состояния знания, которое я не знала, куда «приткнуть», потому что между «мне это нужно» и «мне это не нужно» существует огромная промежуточная территория: «Я пока не знаю, нужно ли мне это». Отсюда произошел вопрос: Как не утонуть среди вещей, ценность которых ещё неизвестна?

И вот как раз тут я и обнаружила тот самый z — неизвестную переменную, что так долго мозолила мне мозг. Она вылезла из кучи жалоб, которые нынешняя я назвала бы так:

• не хочется тратить кучу времени и внимания на то, чтобы найти то, что я знаю, у меня есть;

• не хочется заново тратить время на то, чтобы вспомнить, что уже проходила;

• не хочется тратить фокус на прохождение в чужом опыте того, что мне сейчас не нужно;

• не хочется тратить кучу времени и внимания на то, чтобы переключаться между просмотром видео и попытками сразу упаковать это в удобоваримые инструкции в базе знаний;

• не хочется тратить много внимания на то, чтобы решать, как именно должны выглядеть инструкции — каждый раз продумывая структуру заново, масштабируя скриншоты, форматируя текст;

• не хочется банально забыть о существовании того, что может пригодиться для решения какой‑то будущей проблемы.

Тратить время, внимание (фокус). Я копала одну конкретную вещь (не понимая этого, ориентируясь только на смутное чувство «Что‑то здесь не сходится») — ось всей этой конструкции — Управление стоимостью доступа к знаниям, опыту и контексту в условиях неопределённости. Все эти разрозненные локальные проблемы впервые объединились для меня одним знаменателем — вопросом: Сколько мне придётся заплатить вниманием, временем и усилием, чтобы добраться до нужного?

И вот, казалось бы, при чем здесь горы, рюкзак и то, с чего это все началось? Давайте покажу кусок моих мыслей на тот момент: «Горы — это же квинтэссенция неопределенности. Это когда ты идешь, и не знаешь, когда тебе нужны теплые носки, а когда дождевик, а когда это все снять, потому что жарко. А когда у тебя заболит живот. А когда... еще куча всего.» Невозможно заранее просчитать весь маршрут и все будущие потребности; будущее неизвестно, поэтому потенциально нужное должно быть достаточно доступно. Проблема не в самой неопределённости. Проблема в дорогой реакции на неё.

Здесь я поняла, что хорошая система (в моем представлении) не может знать будущего. Как и рюкзак. Но она должна быть готова уменьшить цену встречи с неизвестным. Даже если человеку информация понадобится через три года (и он ее не удалит до того времени), система должна позволять не начинать с нуля. Должна позволить найти нужное и войти снова в тему настолько быстро и безболезненно, насколько это возможно.

Походный рюкзак работает примерно по тому же принципу. Он не знает, пойдёт ли дождь. Но в нём есть вещи, которые могут никогда не понадобиться, потому что цена их отсутствия слишком высока.
(Сейчас я вижу, что укладку вещей в рюкзаке теперь придется продумывать с учетом «линейности», ведь поломка молнии на рюзкаке чемоданного типа может запустить каскад последствий покруче, чем «меня достало перебирать одно за другим, чтобы добраться до нужного»).

По моему мнению, это и может быть основным принцип для систем, баз знаний в условиях современной меняющейся среды — Управление (минимизирование) стоимостью доступа к знаниям, опыту и контексту в условиях неопределённости. Потому что системы могут хранить нужную Вам информацию, но Вы можете забыть о ней, можете не найти ее, можете долго искать ее, пока не найдете. И каждая такая крупица (или не крупица) Вашего внимания пойдет не на то, чтобы синтезировать что‑то новое, связать, а на непродуктивное когнитивное трение в навигации.

Если этот принцип верен, то у хорошей базы знаний должны появиться подобные свойства. Она должна позволять:

1. не только находить новое, но и быстро возвращаться к уже пройденному;

2. отделять поиск от понимания и глубокого погружения;

3. не заставлять фиксировать всё подряд до того, как стала понятна ценность информации;

4. сохранять сокращённый путь к опыту, а не обязательно весь опыт целиком;

5. поддерживать несколько способов возвращения к одному и тому же опыту;

6. снижать цену переключения контекста;

7. помогать человеку не начинать с нуля.

На этом все. Спасибо за Ваше внимание! Я рассчитывала рассказать в этой статье также о функциях, операциях, которые, по моему мнению, должна обеспечивать такая система, но так много получилось здесь… Постараюсь показать свои мысли на этот счет в следующей статье.

А пока вопрос к Вам: было ли у Вас такое, что Вы тратили свое внимание не на работу, проект (как планировалось), а на то, что обслуживали саму систему — больше, чем Вам хотелось бы?