Многие сети кинотеатров решили не демонстрировать фильм Алексея Учителя. Большинство защищающих и осуждающих самого фильма в глаза не видели, но свою позицию высказывают — это ли не успех? Впрочем, дождемся первых итогов проката

Если бы не «Матильда», то жизнь в России была бы совсем скучна. Политика не привлекает, мелкие достижения оппозиции в столичных муниципалитетах  — не тема для серьезного обсуждения. Вот и остается щекотать себе нервы тропическими ураганами и скандалом вокруг злосчастного фильма. Но скандал хорош тем, что дает возможность рассмотреть несколько важных тенденций русской жизни нашего времени.

Объединенная сеть кинотеатров «Синема парк» и «Формула кино» отказалась от показа «Матильды» режиссера Алексея Учителя из-за угроз безопасности. В связи с неправомерными действиями со стороны противников фильма, произошедшими в последние дни в разных городах России, и участившимися угрозами в адрес кинотеатров руководство объединенной сети приняло решение отказаться от показа кинокартины, говорится в сообщении: «Решение связано исключительно с желанием оградить посетителей киносети от рисков, которые влекут за собой публичные показы фильма». Объединенная сеть «Синема парк» и «Формула кино» — крупнейшая киносеть в России, она принадлежит Александру Мамуту. Сеть кинотеатров «Московское кино» заявила, что не намерена отказываться от проката, сеть «Пять звезд» примет решение позднее.

Начнем с самого фильма. Публика оказалась настолько необразованной, что банальный сюжет о весьма заурядной сексуальной инициации царевича, вызывает у нее шок. Роман Николая с балериной был обычным этапом в воспитании того времени. О нем знала вся тогдашняя тусовка. Вот что писал в своих воспоминаниях Вересаев, тогда всего лишь студент университета:

«Рассказывали, что наследник престола Николай Александрович страдал некоторым тайным пороком, и врачи предписали ему сближение с женщиною. Батюшка его Александр III предложил ему выбрать из оперы и балета ту, которая ему понравится. Цесаревич выбрал Мравину. О высокой этой чести сообщили Мравиной, а она решительнейшим образом ответила: «Ни за что!» Тогда цесаревич взял себе в наложницы танцовщицу Кшесинскую, молоденькую сестру известной балерины Кшесинской. Нужно знать, как почетно и выгодно было для артистки быть любовницей царя или цесаревича, за какую великую честь считали это даже родовитейшие фрейлины-княжны, чтобы оценить это проявление элементарного женского достоинства у Мравиной».

 На самом деле, личная жизнь русских царей была довольно скучна. Тот же Николай Александрович, женившись в 26 лет, являлся прекрасным семьянином, заботливым отцом и верным мужем, не изменяя жене даже после того, как врачи запретили ей сближаться с мужчиной (типичный нелепый запрет медицины того времени). Также вел себя его отец, страстный противник всякого прелюбодейства.

Я бы мог подсказать возможный сюжет для будущего фильма — это отношения деда Николая II — Александра II с княгиней Екатериной Долгорукой, вот где и страсть, и драматический сюжет, и интриги в императорской семье, и убийство, и все, что надо для хорошего исторического фильма. Закавыка только в одном — в России нечасто снимают хорошие исторические фильмы. 

И здесь мы выходим на проблему поважнее добровольного отказа от показа «Матильды» некой сетью кинотеатров. Но прежде заметим, что депутат Поклонская сделала такую рекламу фильму, о которой Алексей Учитель и стоящие за ним продюсеры, не могли и мечтать. В кино, как и, вообще, в массовой культуре, лучший пиар — это скандал, попытка запрета, взвинченное обсуждение в прессе, а теперь вот и в социальных сетях. Большинство защищающих/осуждающих самого фильма в глаза не видели, но свою позицию высказывают — это ли не успех? Впрочем, дождемся первых итогов проката.

Но для выдвижения на получение фестивальных призов – уже неплохо. Ведь успех ленты может быть разного рода. «Матильда» снималась не как коммерческое кино – что и пытается, в том числе, доказать Поклонская, а как типичный проект в современном российской кинематографе с неясными и запутанными источниками финансирования. В России так бывает — в прокате провал, а продюсеры не в убытке.

Поэтому говорить о «потерях» авторов «Матильды» можно только иронически. Как недавно сообщили, только один российский фильм  — «Бабушка легкого поведения», оказался самоокупаемым в прокате летом 2017-го. В прошлом году только за три месяца убытки отечественной киноиндустрии составили 58 миллионов долларов — по данным портала Kinodata.

Надо быть честными, российского кино не существует, есть только симукляры и развалины, плюс  гальванизация трупа бюджетными вливаниями и спонсорской поддержкой. Это не значит, что индустрия живых образов у нас совсем уж безуспешна. Снимается немало сериалов для внутреннего потребления, есть мультики про Машу и медведя, «Масяня», «Смешарики». Имеется, в конце концов, уникальный проект шоу «Дом-2», превзошедший западные аналоги. Над ним принято смеяться, но, на самом деле, в масс-культуре это то, чем Россия может гордиться.

Но вот кино как специфический жанр убито и, возможно, навсегда. В России не создано чего-то вроде Болливуда или Нолливуда (нигерийского кинематографа, стоящего на третьем месте в мире). И нет «художественного» (фестивального) кино по образцу иранского или тайваньского или южнокорейского (в этом жанры лидеры все время меняются). Все отечественные достижения относятся либо к дореволюционной эпохе (см. мою статью), либо к 60-70 годам, комедиям Гайдая и Рязанова, но последние теряют поклонников с уходом из жизни поколений советского времени. Молодежи они уже ничего не говорят, и вдохновлять не могут. 

Старая пленка: как в дореволюционной России развивался фото- и кинобизнес

Но даже в сериальном жанре ничего подобного «Игре престолов» не снимается. Наши сериалы имеет узкую нишу, откровенно вторичны и, по большому счету, бездарны. Формально в бизнесе существует классическая триада —  производители, дистрибьюторы, сети кинотеатров. Но вторые и третьи зарабатывают на американской продукции, а первые «раскручивают» госбюджет и «спонсоров».

В современном глобальном мире у национального кинематографа нет коммерческих перспектив. Это надо четко понимать и не питать иллюзий. Все эти победители фестивалей из Мексики или Румынии существуют только благодаря чьей-то доброй воле. Есть Голливуд — феномен планетарного масштаба. Есть индийское, китайское, нигерийское кино с локальными, но многосотмиллионными зрительскими рынками.

В России же аудитория мала —145 миллионов, и уже в Казахстане или Белоруссии вряд ли кто-то будет смотреть фильм про давно там забытого русского императора. Украинский рынок закрыт (но и будь он открыт  — погоды бы это не сделало как ввиду культурных различий, так и в виду бедности). И плохое качество сценариев, отсутствие ярких звезд, неопытность продюсеров или бездарность режиссеров (операторов, каскадеров и т.п.) тут не при чем. Это объективная реальность. Не переживаем же мы, что нет русского Windows?

Поэтому зрителям надо быть благодарными Алексею Учителю, за то, что своим фильмом он пусть криво и вопреки своему желанию, но привлек внимание к эпизоду из русской истории, благо про «особняк Кшесинской», где обитал Ленин в 1917 году, слышали, все-таки, многие. Теперь они узнают — в честь кого он назван. Депутату Поклонской уже сам Учитель должен быть признателен за антирекламу, ставшую самой настоящей рекламой-продвижением. Так политика шагает вслед за бизнесом, открывая двери искусству.

Поделиться с друзьями

Об авторе