Привет, Хабр! Этот стоваттный, а на самом деле 50-ваттный транзисторный усилитель в стильном алюминиевом корпусе, доставшийся мне в обмен на педаль гитарного эффекта, был предметом любви одних звукоинженеров в силу своей ремонтопригодности, и ненависти других, поскольку часто выходил из строя и сжигал громкоговорители, да и звучал так себе.

Как бы то ни было, прибор помогал вокально-инструментальным ансамблям давать концерты, а ещё успешно применялся на дискотеках. Сегодня мы сможем рассмотреть этот памятник инженерной и дизайнерской мысли изнутри и снаружи, а также познакомимся с его схемой.

Прочный как танк

Подготовка к музыкальному мероприятию в районном или поселковом доме культуры — это всегда большая суета и спешка, даже если выступает местный коллектив, а программа концерта утверждена более месяца назад.

Если не в процессе приготовлений, то по ходу выступления кто-нибудь обязательно что-то уронит, и в это время кто-то другой наступит или поставит нечто тяжёлое на что-нибудь непрочное. А уж выездные гастроли становятся сложнейшим испытанием для всего оборудования.

Поэтому аппаратуру для музыкантов практически всегда делают с солидным запасом прочности. Даже ультрадешёвые педальки формата «Сникерс» выпускаются китайскими фабриками в металлических корпусах.

Пускай это всего-навсего пара П-образных деталей, выгнутых из листового алюминия, однако жёсткость у корпуса в сборе весьма неплохая.

Переменные резисторы впаяны в печатную плату, однако прикручиваются к верхней панели, что предотвращает поломку платы при возникновении механического усилия на ручки регуляторов.

Однако «золотым стандартом» гитарного педалестроения являются литые силуминовые корпуса-ванночки серии 1590, разработанные инженерами корпорации Hammond Manufacturing.

На фото ниже можно созерцать пример такого корпуса 1590BB, применяемого в классическом фленджере Harley-Benton.

Hammond Manufacturing имеет славную историю, начавшуюся в 1916 году с маленькой мастерской в канадском городе Гуэлф, где до сих пор находится её штаб-квартира, а также роскошный музей радио с позывным VE3HC. Также офисы компании, развившейся до транснационального уровня, сегодня имеются в Соединённых Штатах, Великобритании и Тайване.

В 1919 году основатель корпорации Оливер Хаммонд придумал прекрасный девиз: «Build the product like you were going to use it yourself». В переводе с английского, это означает: «Создавай продукт так, будто собираешься пользоваться им сам».

Не знаю, собирались ли создатели усилителя ЭСКО-100 пользоваться им сами, но силумина они не пожалели, и корпус получился действительно прочным, да ещё и с ретрофутуристичным дизайном, как мы скажем сейчас.

Он состоит из двух половинок, соединённых четырьмя винтами М4, двух ребристых радиаторов с четырьмя такими же винтами у каждого, а также передней панели на четырёх винтиках М3.

Если потребовался срочный ремонт, то разъединить корпус и снять верхнюю крышку для доступа к внутренностям можно очень быстро. Потребуется всего-навсего одна плоская отвёртка.

Однако давайте не будем забегать вперёд. Начнём с изучения возможностей прибора, а его устройство рассмотрим чуть позже.

Входы, выходы, регуляторы

Такая передняя панель вполне могла присутствовать где-нибудь на космическом аппарате из фильмов про Алису Селезнёву. Окошки квадратной формы, зелёное и красное, как легко догадаться, являются индикаторами, соответственно, нормальной работы и перегрузки усилителя.

Последний имеет регуляторы тембра низких (НЧ) и высоких (ВЧ) частот. В центре должен быть главный регулятор общей громкости. Это логично, и он никак не подписан.

«Г» — это, наверное, гитара, тогда как «ОРГ» — орга́н, в значении клавишного электромузыкального инструмента. А что такое «М1» и «М2»? Может быть, магнитофоны — один для воспроизведения фонограммы, а другой для записи с пульта, ведь усилитель, как мы только что выяснили, снабжён минималистичным микшерным пультом?

Нет, это всё-таки микрофоны — первый и второй. Кроме свойственных советской технике пятиштырьковых разъёмов ОНЦ-ВГ-5, аналогичных немецкому индустриальному стандарту DIN и отведённых под два микрофонных входа, на правой стороне корпуса располагается тумблер включения и ввод сетевого кабеля, который кто-то когда-то отрезал.

Вряд ли это произошло в погоне за цветным металлом, поскольку осталась нетронутая гора алюминия и увесистый силовой трансформатор с медными обмотками. Скорее всего, неизвестному лицу, надругавшемуся над винтажным раритетом, просто срочно понадобился двухжильный провод с вилкой для какого-нибудь бытового электроприбора.

Вокально-инструментальные ансамбли предполагали живое исполнение без фонограммы, так что специализированных входов или выходов для магнитофона создатели эстрадного усилителя ЭСКО-100 не предусмотрели.

На левой стороне корпуса можно наблюдать ещё два входа — под гитару и электроорга́н, а также выход на акустическую систему, такой же пятиштырьковый типа «Европа», как его называли гитаристы в 1990-х. Кроме трёх разъёмов DIN, присутствовал бакелитовый держатель плавкого предохранителя, чтобы последний можно было заменить очень быстро.

Итак, линейного выхода для аудиосигнала после микширования не было, зато один линейный вход всё же был — тот, что предназначался для электронного музыкального инструмента или просто синтезатора, как мы говорим сейчас.

Когда музыканты не играют, бывает полезно поставить какую-нибудь фонограмму, чтобы публика не скучала. А уж на дискотеке этот самый вход для «орга́на» был почти что единственно применимым, если не считать микрофона, решавшего вспомогательные задачи.

Но вот незадача: как раз вход для синтезатора подавал аудиосигнал в обход встроенного двухполосного эквалайзера. Получается, что тембр фонограммы приходилось настраивать на воспроизводившем её магнитофоне или проигрывателе, зато ручками ВЧ и НЧ можно было отстроить микрофоны.

Читать инструкцию бывает полезно

Заглянув в руководство по эксплуатации «усилителя эстрадного для электромузыкальных инструментов с громкоговорителем АС-50 / УХЛ 4.2» в редакции июля 1986 года, мы узнаём про пятый дополнительный вход для подключения блока эффектов.

Это полноценный линейный вход с низкой чувствительностью, куда можно подключить проигрыватель, магнитофон или радиоприёмник, если программа проведения работ предполагает прослушивание радиопередачи в прямом эфире.

Что интересно, руководство по эксплуатации так и называет публичные мероприятия «работами». Видимо, авторы брошюры привыкли писать инструкции к оборудованию для промышленных предприятий.

Собственно говоря, итальянское слово «о́пера», (не путать с названием популярного телесериала), которым мы привыкли обозначать грандиозные сценические представления, где актёры виртуозно поют под аккомпанемент симфонического оркестра, переводится на русский как «труд». Получается, что в инструкции всё написано адекватно.

Почему 100, а не 50?

Дополнительный вход соединялся с третьим контактом каждого из четырёх входных разъёмов. Такое необычное решение обусловлено тем, что ЭСКО-100 — название не одного пятидесятиваттного усилителя, а эстрадного комплекта из пары таковых, акустических систем к ним, а также массивного процессора эффектов.

50 + 50 = 100. Два монофонических усилителя мощности по 50 ватт, каждый с пятью входами, плюс четырёхвходовой блок эффектов с ленточным или цифровым ревербератором, а также квакушкой, фленджером, вибрато и фуззом на борту.

Качество всего этого получилось, мягко говоря, «на любителя», однако такой огромный набор функционала по тем временам был просто сногсшибательным и вдохновлял энтузиастов авангардной музыки на смелые творческие свершения.

Все четыре источника аудиосигнала — электрогитару, синтезатор и оба микрофона — можно было включить как непосредственно на вход усилителя, так и через процессор эффектов, вместе или выборочно. Тогда появлялась возможность регулировать громкость реверберации раздельно для каждого источника, тогда как остальные эффекты работали только с гитарой.

Итак, полный комплект ЭСКО-100 позволял усиливать сигналы двух электрогитар, одного синтезатора, одного баса (в органный вход) и четырёх микрофонов, причём два микрофона, одна гитара, а также бас или синтезатор могли использовать реверберацию. Неплохой аппарат для вокально-инструментального ансамбля!

Схемотехника

Каждый из двух микрофонных предусилителей с относительно низкоомными входами был построен на паре транзисторов КТ315Г с непосредственной связью между каскадами.

Это весьма напоминает традиционную схемотехнику двухтранзисторных квакушек и фуззов для электрогитары.

Гитарный и органный предусилители имели высокоомные входы с полевым транзистором КП303В вместо биполярного, что ещё раз подтверждает намеренно заложенную возможность включить бас-гитару во вход для клавишного синтезатора. Получается, что разработчики усилителя не понаслышке знали о требованиях к усилению аудиосигналов электрогитары и баса.

Далее следовала ещё пара аналогичных усилительных узлов с полевиками на входе, между которыми находился пассивный двухполосный регулятор тембра, собранный по классической схеме Питера Баксандалла.

Кстати, этот выдающийся британский радиоинженер не только создал гениальную схему, широко применяемую по всему миру с пятидесятых годов прошлого века, но и предложил термин «класс D» применительно к усилению электрических колебаний, причём не когда-нибудь, а в 1959 году!

Так что современные экономичные усилители мощности звуковой частоты тоже существуют благодаря его вдохновенным трудам. Однако наш усилитель 1980-х годов выпуска был класса AB, по схеме Лина с мощными выходными транзисторами КТ808А на огромных массивных радиаторах.

Для защиты от перегрева предусматривался датчик температуры, в качестве которого применялся транзистор КТ503Е, закреплённый на одном из радиаторов.

Других защит по сути не было, о чём свидетельствовал яркий красный шильдик на задней стороне корпуса.

Зато продуманная модульная конструкция обеспечивала прекрасную ремонтопригодность.

Качество сборки приличное.

Совершенно верно: в качестве индикаторов включения и перегрузки использованы миниатюрные лампочки накаливания для карманного фонарика. В более поздних модификациях усилителя они были заменены на светодиоды.

Стоило это силуминовое удовольствие со Знаком качества 600 советских рублей.

Даже с учётом того, что громкоговоритель входил в комплект, это просто огромная сумма денег для тех времён. Однако не будем забывать, что покупателями были не частные лица, а учреждения культуры.

Кина не будет

За неимением пятидесятиваттной акустической системы и нежеланием огорчать соседей мне хотелось соорудить батарею мощных резисторов и записать выходной аудиосигнал данного артефакта на разных уровнях мощности.

Однако у меня постоянно бывают в гостях музыканты и коллекционеры, один из которых убедительно попросил срочно отдать экспонат ему в обмен на другое изделие, довольно редкое и весьма интересное. Пришлось согласиться.

Теперь нам с вами остаётся верить паспорту усилителя насчёт одного процента нелинейных искажений c -60 децибелами уровня фона и собственных шумов, а также отзывам живых людей, имевших дело с данной моделью советской аппаратуры.

Все единогласно утверждают, что качество звука ЭСКО-100 было посредственным и для домашнего аудиофильского прослушивания музыки совершенно непригодным. Однако устройство позволяло отыграть концерт, провести дискотеку или озвучить иное массовое мероприятие, в чём и состояла поставленная перед ним задача.

Сегодня на первичном и вторичном рынках полно как фирменных решений, так и дешёвых китайских аудиосистем со встроенными микшерными пультами, цифровыми стереоэффектами, приёмниками Bluteooth, проигрывателями MP3, а также иными полезными функциями, в число которых входит возможность продолжительной автономной работы от встроенного аккумулятора. Есть даже самозвучащие углепластиковые электрогитары со всем вышеперечисленным на борту.

Поэтому старому советскому артефакту лучше всего отправиться на заслуженный отдых, пополнив коллекцию музея или энтузиаста. А для практических целей будем использовать более практичные, доступные и удобные решения наших дней.

© 2026 ООО «МТ ФИНАНС»