Когда говорят о рунах — чаще всего по умолчанию подразумевают письменность германских племён, первые памятники которой восходят к началу нашей эры. Эти знаки, почти везде полузабытые после прихода христианства, с XIX века переживают «второе рождение». Их с разной степенью историчности и достоверности используют при оформлении всего «нордического» и «викингского», они в ходу у многочисленных течений неоязычества и эзотеризма, а маркетплейсы буквально завалены всевозможными товарами «под древний Север» с теми или иными рунами или всеми знаками старшего футарка сразу. При этом реальная история рунической письменности, полная глубоких загадок и неясностей, успела обрасти множеством мифов и стереотипов, популярных местами по сей день. Хотя и без них она более чем интересна и сложна. Попробуем разобраться в том, что такое руны, какие бывают футарки и что со всем этим делали древние германцы и скандинавы с точки зрения современной истории?

• Часть 1. От рисунков, токенов и прото‑письма к клинописи, шумерской и не только

• Часть 2. Три с половиной тысячелетия египетской письменности от иероглифики до демотики

• Часть 3. От египетских иероглифов через синайские копи к финикийскому алфавиту

• Часть 4. Крит, галеры, два письма: о непростой истории греческих алфавитов

• Часть 5. Арамейское письмо и его бесчисленное потомство на Востоке

• Часть 6. Индия: научно пересобрать алфавит в бесписьменном обществе

• Часть 7. Путь китайской иероглифики через тысячелетия и династии

• Часть 8. Зачем японцам три с половиной системы письма в каждом тексте?

• Часть 9. Как корейцы разработали себе письмо по госпроекту и сделали его символом нации

• Часть 10. Латинское письмо от Ромула и Рема до современного канона

• Часть 11. Приключения латинского алфавита в разных языках: английский, французский и немецкий

• Часть 12. Приключения латинского алфавита в разных языках: почему польская и чешская латиницы такие разные?

• Часть 13. Приключения латинского алфавита в разных языках: венгерские иллюминаты и румынская ре‑латинизация

• Часть 14. Зачем изобрели спец‑алфавиты для магии и оккультизма?

• Часть 15. Суровые и причудливые орфографии скандинавов, или зачем норвежцам две языковые нормы?

• Часть 16. ерманская руническая письменность, наследие суровых времён ← вы здесь

В наше время рунами называют не только собственно германские руны, но и целый ряд похожих на них очертаниями систем письма — как бытовавших исторически, как тюркские и мадьярские руны из Великой степи, так и придуманных в нашу эпоху, как созданный Толкиеном эльфийско-дварфский алфавит кирт. Однако в строгом смысле руны — это именно письменность германских племён и народов, памятники которой начинают фиксироваться в начале нашей эры в местах их обитания. Слово «руна» восходит к реконструированному прагерманскому понятию *rūnō со значением «тайный, секретный» — оно же в схожей форме и с теми же значениями присутствует и в кельтских языках. При этом убедительной дальнейшей траектории происхождения от протоиндоевропейского пока не найдено. Возможно, предки германцев и кельтов «подхватили» это слово вместе с целым рядом идей и практик у неолитических народов «старой Европы» ещё во времена её завоевания индоевропейцами культуры боевых топоров и шнуровой керамики в III тысячелетии до нашей эры.

Большинство современных историков сходятся в представлении о том, что прямым предком рунического письма был какой-то из распространённых в последних веках I тысячелетия до нашей эры в северной и центральной Италии алфавитов: то ли этрусского, то ли раннего латинского, то ли ретского. Последнюю версию часто рассматривают как наиболее вероятную как в силу схожести знаков, так и географии: реты, родственный этрускам народ, жили у отрогов Альп на землях будущих Швейцарии и Австрии, а севернее как раз находилась зона «стыка» расселения кельтов и германцев. Реты производили отличное вино, регулярно (и взаимно) набегая на всех соседей, включая постепенно теснивших кельтов с востока германские племена. Письменность у ретов была довольно угловатой и архаичной, не слишком далеко ушедшей от старой финикийской — и современный неспециалист легко спутает её с классическими рунами старшего футарка.

На фоне ретов и кельтов германские племена рубежа тысячелетий были очень отсталыми, свирепыми и диковатыми. Что изрядно шокировало римлян, которые веками полагали эталоном дикости и свирепости кельтов, — но на фоне вышедших из дремучих лесов за Рейном новых участников исторического процесса галлы и белги выглядели чуть ли не рафинированными эллинами. При этом даже кельты, имевшие, в отличие от германцев, довольно крупные города и сложно устроенное общество, за время самостоятельного развития так и не заимели письменности для своих языков — хотя веками взаимодействовали с греками, римлянами и карфагенянами и прекрасно знали, что такое буквы и письмо. Собственная письменность в латинском варианте появилась у ирландцев и их родственников только в христианскую эпоху. Казалось бы, германцам на куда более примитивной стадии развития письмо было ещё более без надобности. Однако руны у германцев появились и к IV–V векам нашей эры стали вполне устойчивой традицией — причём в обществах, жизнь которых часто напоминала средневековые вариации на тему «Безумного Макса». Как и почему?

Судя по всему, разгадка таится в самом слове «руна» — которое, как мы увидели, имеет смысл чего-то тайного, секретного, закрытого для непосвящённых. И у кельтов с их друидами, и у германцев времён Тацита существовало сильное жречество. Для которого важной была идея и практика сохранения и передачи тайных практик, которые не должны были стать достоянием «простых смертных». Судя по всему, гораздо более влиятельные кельтские друиды, как их индийские коллеги-брахманы, до конца и до упора полагались строго на устное слово и устную передачу сакрального знания. Лишь в раннем средневековье у, вероятно, последних ирландских друидов возникло тайное огамическое письмо — но его система и не совсем подходящий к кельтской фонетике набор знаков прозрачно намекают, что основано оно было на переосмыслении уже существовавших германских рун.

У германских же народов жречество, судя по Тациту и другим источникам, никогда не достигало таких возможностей — ну а с началом постапокалиптической эпохи Великого переселения народов практически атрофировалось за ненадобностью. Либо же влилось в формирующееся сословие профессиональных воинов — и ритуалы проводили уже не специальные жрецы, а вожди, короли, конунги, ярлы и так далее. Однако идея о том, что как минимум часть сакрального знания должна быть тайной и передаваться среди неких знающих, достойных и посвящённых, никуда не делась. Только, вероятно, несколько рационализировалась и упростилась — и тут как раз на сцену и вышли руны.

Ещё Тацит в I веке описывал германские ритуалы гадания с использованием деревянных плашек с какими-то значками — не уточняя, имелись в виду пиктограммы или именно буквы. Именно из этого описания Тацита в сочетании со старшим футарком в 1980-х (!) годах американский эзотерик Ральф Блюм «собрал» популярную ныне «древнейшую» практику гадания на рунах с 25 плашками в мешочке, включая «пустую руну». Реальные древние германцы гадали разнообразными способами, но ни одного описания гадания рунами в подобной форме историкам не известно.

Сохранившиеся до нас артефакты с рунами, особенно древние, имеют иной смысл — где-то предположительно магический либо религиозный, где-то памятный, как на рунических камнях в честь людей и событий, где-то просто хозяйственный, вроде подписи имени владельца. Очень частой формой применения рун является или просто подпись имени мастера или владельца, или «[Имя] вырезал эти руны». В поздние «викингские» времена это могло быть прямым аналогом сакраментального «здесь был Вася» — но исходно, предположительно, это тоже было некой магической практикой. Само имя, особенно «истинное», данное при рождении, имело сакральный и магический смысл. А если его ещё и запечатлеть в надписи тайным письмом самого Одина на некоем важном личном предмете или необычном большом камне, то это могло давать какие-то «бонусы и бусты к перкам», так сказать.

Вероятно, изначальным смыслом рун в жизни древних германцев был именно магический: ими старались влиять на реальность и вероятности. В этом плане очень характерна легенда о возникновении рун, описанная в «Речах Высокого» в «Старшей Эдде». Один приколол себя к мировому ясеню Иггдрасилю собственным копьём, чтобы обрести руны:

Знаю, висел я в ветвях на ветру девять долгих ночей, пронзенный копьём, посвящённый Одину, в жертву себе же, на дереве том, чьи корни сокрыты в недрах неведомых.

Никто не питал, никто не поил меня, взирал я на землю, поднял я руны, стеная их поднял — и с древа рухнул.

Девять песен узнал я от сына Бёльторна, Бестли отца, мёду отведал великолепного, что в Одрёрир налит.

Стал созревать я и знанья множить, расти, процветая; слово от слова слово рождало, дело от дела дело рождало.

Руны найдёшь и постигнешь знаки, сильнейшие знаки, крепчайшие знаки, Хрофт их окрасил, а создали боги и Один их вырезал.

Один у асов, а Даин у альвов, Двалин у карликов, у ётунов Асвид, и сам я их резал.

Умеешь ли резать? Умеешь разгадывать? Умеешь окрасить? Умеешь ли спрашивать? Умеешь молиться и жертвы готовить? Умеешь раздать? Умеешь заклать?

Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа; совсем не коли, чем без меры закалывать. Так вырезал Тунд до рожденья людей; вознесся он там, когда возвратился.

(перевод А. И. Корсуна)

Как видим уже из этого текста, который был записан в Исландии XIII века, но, по мнению историков, восходит к сказаниям начала I тысячелетия, руны нужно было вырезать и красить для использования в ритуальных и магических целях. В этом плане характерно, что создателем рун назван именно Один — очень необычный, даже аномальный для мифов индоевропейских народов верховный бог. Ведь с седой древности, когда праиндоевропейская общность ещё только формировалась в причерноморских и прикаспийских степях, и до времён вполне исторических, в большинстве случаев верховным богом является громовержец, Небесный Отец: Юпитер, Зевс, Рудра, Перун и так далее. Однако у германцев, при всей их любви к фигуре Тора и практике носить на шее его символический молот, Всеотцом оказывается Один. Божество, ближайшим аналогом которого античные греки и римляне полагали Гермеса: трикстера, посредника между мирами и нарушителя правил с некоторыми хтоническими чертами. Только в случае Одина мрачных и хтоничных черт куда больше, чем у Гермеса: сам корень Одд в его имени означает свирепое воинское или поэтическое безумие, чреватое то лютой резнёй всего живого, то сочинением великих скальдических стихов. Неудивительно, что нередко и вполне историчные скальды совмещали поэзию с бурной биографией с большим количеством трупов в анамнезе.

Возможно, на это повлиял глубокий культурный и религиозный конфликт, с которым столкнулись в I тысячелетии до нашей эры германские общества. С одной стороны, у них «отвалилось» профессиональное жречество, которое должно было, так сказать, на профессиональной основе «решать вопросы» с вероятностями Фортуны и потусторонним. С другой, для воинов всё магическое успело стать табу: колдовство в большинстве форм считалось занятием строго женским и для «настоящего мужика» решительно недопустимым. А потребности меж тем никуда не делись, но звать женщин решать вопросы, скажем, религиозного и магического обеспечения военного похода было ещё более невозможным.

Фигура Одина же была, с одной стороны, явственно мужской, с очень бурной сексуальной биографией, с другой же, он как трикстер мог и где-то даже был обязан нарушать формальные запреты, в том числе на магию для мужчин. Вполне вероятно, что практика использования рун, в которые превратились несколько переделанные знаки ретского или какого-то иного италийского письма, зародилась и оформилась именно в среде неких особых групп воинов — в том числе скальдов и берсерков — которые почитали прежде всего Одина, а не более традиционного Тора. И в мрачные времена Великого переселения народов именно они, имевшие религиозные основания игнорировать многие табу и действовать более жёстко, жестоко и непредсказуемо, настолько возвысились в своих общества, что Один стал верховным богом, а руническая письменность превратилась во всё более распространённый и всё менее магический и сакральный инструмент.

Увы, подробности этих культурно-исторических и религиозных процессов для нас решительно недоступны, ибо рунами книг и хроник не писали, за крайне редкими и очень поздними исключениями. О происходившем в первые века нашей эры, когда руническое письмо становилось практикой в среде германских народов, мы можем судить лишь по косвенным признакам вроде археологических артефактов, рунических камней, упоминаний в сагах и сказаниях. И всё ограничивается лишь гипотезами и предположениями. Как бы то ни было — примерно с III–IV веков нашей эры начинают фиксироваться надписи пока единым письмом, который известен как старший футарк. Когда с востока в Европу хлынули гунны и германские народы пришли в яростное движение по землям умиравшей Западной Римской империи, количество надписей и артефактов становится больше. Но основной их массив вырезался на дереве — и до нас не дошёл по понятным причинам.

Собственно, это и есть те самые «сферические руны в вакууме», которые подразумеваются под этим словом по умолчанию. Это 24 знака, которые адаптированы под пока ещё довольно единообразную фонетику германских наречий начала I тысячелетия нашей эры — включая руну ᚦ «турисаз» для звуков, которые в современном английском передаются через TH, и руну ᛇ «эйваз» для открытого «E» или дифтонга «EI». Знаки, как в латинском и греческом, имеются и для согласных, и для гласных — и, как и везде в те времена, строчных вариантов знаков не существует. Во многих знаках вполне можно опознать происхождение от архаичных форм италийского письма, его греческих и финикийских предков.

Однако есть и довольно существенное отличие. Причины этого скрыты во тьме веков и сумрачных лесов германских земель — но порядок букв в этом письме почему-то совершенно не такой, к какому мы привыкли по латинскому, греческому и исходному финикийскому алфавиту. Алфавит называется футарком потому, что первые шесть его знаков ᚠᚢᚦᚨᚱᚲ читаются как F, U, TH, A, R, K. Почему мы можем быть уверены в том, что порядок именно такой? Дело в том, что довольно частой практикой было нанесение на камни и другие объекты полного набора всех 24 знаков именно в таком порядке. Первым из дошедших до нас объектов такого рода считается рунический камень G88 из Кюльвера на шведском острове Готланд.

Этот порядок букв, несомненно, что-то символизировал и как-то отражал некие мировоззренческие представления — но что именно, мы по сей день можем лишь гадать. При этом, как и в финикийском, каждая из рун имела название, связанное с объектами материального мира. К примеру, первая руна «феху» ᚠ обозначает «скот» в смысле стад животных, а также прямо связанное с ними в древних обществах понятие богатства. Вторая руна ᚢ «уруз» — дикого быка. «Совило» ᛊ, «солнце», изначально выглядела как повёрнутая на 90 градусов финикийская ? «шин» — и лишь в своём позднем написании ᛋ была несколько дискредитирована в Третьем рейхе.

В строгом смысле до нас не дошли названия рун именно старшего футарка, они реконструируются на основе трёх так называемых рунических поэм более позднего времени: англосаксонской, норвежской и исландской. В них в поэтической форме описываются названия и значения рун, вероятно, в том числе в мнемонических целях. К примеру, в англосаксонской рунической поэме «совилу» описывается так:

Солнце морякам всегда в радость,
когда они идут над купальней рыб,
пока морского скакуна к земле не приведут.

Настоящего расцвета руническое письмо достигло в эпоху викингов, в IX–XI веках, — но к этому времени древний старший футарк в скандинавских землях уже сменился так называемым младшим футарком. В нём, вероятно, из-за фонетических изменений осталось лишь 16 знаков — и большая часть дошедших до нас рунических надписей, львиная доля которых найдена на землях современной Швеции, выполнена именно им. При этом, возможно, имела место некоторая десакрализация рун: надписи младшим футарком, в том числе на рунических камнях, носят скорее мемориальный и информационный характер, и уже не демонстрируют напрямую попыток магического применения. В младшем футарке уже встречается заимствованная у христианских писцов латинская практика разделения слов двоеточиями. С другой стороны, у перебравшихся на британские острова англов, саксов и ютов руническое письмо усложнилось сначала до 29, а затем до 33 знаков.

По мере распространения христианства и латинского письма руны понемногу вышли из употребления — чему способствовала и их привязка к германскому язычеству, да ещё и заодно к магическим практикам, и почти полное отсутствие книжной традиции. Даже все саги и обе Эдды записали по-древнеисландски латинскими буквами, тогда как самые пространные надписи на рунических камнях не превышали нескольких предложений. В быту и народных магических практиках, впрочем, они задержались где-то до XV века. При этом в Норвегии их долго использовали и образованные люди — и дело порой доходило до того, что рунами писали тексты на латыни. А в отдалённой шведской провинции Даларна руны в живом крестьянском быту существовали до XX века, часто вперемешку со знаками латинского алфавита — что изрядно удивило в XVIII веке знаменитого биолога Карла Линнея. Существовали и народные рунические календари на деревянных палках, где по традиции дни обозначались значками рунической письменности — но, судя по всему, пользовавшиеся ими шведские и норвежские крестьяне значения рун в большинстве своём не знали, и использовали их именно как устоявшиеся календарные символы.

В начале XX века на волне увлечения всем древним и нордическим руны попали в поле зрения немецких националистов — в том числе радикального толка. Это породило в том числе такие странные явления, как «арманические руны» Гвидо фон Листа — который, ссылаясь на видения о древних истинах, зачем-то переделал часть рун и выдавал их за самые исконно германские. Именно его вариант рун пользовался популярностью в среде нацистов — но к исторической реальности его «руны» имели примерно такое же отношение, как идея о том, что именно руны, а не какие-то там семитские финикийские знаки являются первой письменностью человечества.

Ну а во второй половине XX века руны — уже в более историчной форме старшего футарка — попали в руки уже деятелей американского и европейского движения Нью-Эйдж. После чего, собственно, с 80-х годов превратились в одну из наиболее популярных символических, магических и гадательных систем современного эзотеризма, потеснив карты Таро и многое другое. В каковом статусе пребывают по сей день. Правда, любой пользовавшийся ими на практике древний германец или скандинавский ярл времён викингов очень сильно удивился бы тому, как руны описываются и применяются в XXI веке, — потому что в их времена всё это выглядело и использовалось совершенно иначе.

© 2026 ООО «МТ ФИНАНС»