Климатические изменения повлияют практически на каждый аспект нашей продовольственной системы
До начала уборки озимой пшеницы в Колорадо оставалось всего несколько месяцев, когда посевы испытали настоящий температурный удар. После тёплой и сухой зимы внезапное похолодание на 12 часов заморозило растения, а два дня спустя температура взлетела до 32 °C. Когда в июле подвели окончательные итоги уборки, оказалось, что 73% посевов находятся в плохом или очень плохом состоянии. По предварительным оценкам организации Colorado Wheat, урожай озимой пшеницы в 2026 году стал самым низким в штате с 1965 года.
Возьмите практически любую сельскохозяйственную культуру, и вы услышите похожую историю: экстремальная погода и изменение климата расшатывают систему продовольственного снабжения. Потепление делает продукты менее питательными, угрожает выживанию сельскохозяйственных культур и приближает переломные моменты, способные полностью изменить привычное нам земледелие.
Сильнее всего последствия ощутят менее развитые регионы мира, где многие люди не могут позволить себе импортные продукты, а вызванные климатом голод и нехватка питательных веществ уже стали реальностью.
Но крупные изменения ждут и продовольственную систему США, и полностью избежать их не сможет никто. Человечеству уже удавалось предотвращать надвигающиеся сельскохозяйственные катастрофы, однако, по словам экспертов, нынешнюю проблему нельзя недооценивать.
«Существуют реальные опасения по поводу продовольственной безопасности и питания, особенно при сценариях сильного потепления», — говорит Эндрю Халтгрен, экономист‑эколог из Иллинойсского университета в Урбане‑Шампейне.
Питательность еды снижается
По мере потепления планеты сельскохозяйственные культуры, как ожидается, будут становиться менее питательными. Причина заключается в пока ещё не до конца понятных особенностях биологии растений: культуры, выращиваемые при повышенной концентрации углекислого газа, содержат меньше цинка, белка, магния, железа и других микроэлементов. Сельскохозяйственные культуры уже менее питательны, чем в 1950-х годах, хотя отчасти это связано с селекцией, ориентированной прежде всего на урожайность, а не на питательную ценность. Повышение концентрации углекислого газа усугубит эту тенденцию.
Средняя глобальная месячная концентрация углекислого газа в атмосфере сейчас превышает 420 частей на миллион (ppm), что значительно выше доиндустриального среднего уровня в 280 ppm. К концу века во всех сценариях, кроме самых оптимистичных, этот показатель вырастет как минимум до 550 ppm.
Согласно исследованию 2018 года, к 2050 году это приведёт к дефициту цинка ещё у 175 млн человек и дефициту белка ещё у 122 млн человек. Недостаток цинка сказывается на иммунной системе и здоровье кожи и может приводить к задержке роста у детей; дефицит белка также способен вызывать задержку роста, а кроме того, усталость, мышечную слабость и стрессовые переломы. И эти оценки учитывают только воздействие углекислого газа. Целый каскад климатических изменений и экстремальных погодных явлений также может повлиять на количество доступных человечеству питательных веществ и калорий.
Угроз множество. Повышение уровня моря может затопить сельскохозяйственные земли и привести к засолению почв в прибрежных районах, где, например, широко выращивают рис. В некоторых регионах из‑за засоления почвы выращивать сельскохозяйственные культуры вообще станет невозможно. Засухи, волны жары, штормы или резкие перепады температуры, подобные тем, что наблюдались в Колорадо в этом году, могут уничтожать отдельные культуры в определённых регионах, вызывая в разные годы скачки цен или дефицит. В США последствия могут напоминать недавний дефицит яиц, вызванный птичьим гриппом: временно пустые полки, резкий рост цен или даже ограничения на количество определённого продукта, которое покупатель может приобрести за один раз.
Климатические изменения, наносящие вред опылителям и способствующие распространению и появлению растительных патогенов, например вредоносных грибков, вероятно, также снизят урожайность.
Регионы, зависящие от океана как источника пищи, тоже сталкиваются с серьёзными проблемами из‑за закисления океана и деградации экосистем коралловых рифов. Они служат источником пищи для многих прибрежных сообществ и образуют значительную часть основания пищевых цепей, от которых зависят более крупные рыбы, употребляемые человеком.
Более жаркая погода влияет и на безопасность продуктов питания, говорит Кристофер Голден, профессор диетологии и общественного здравоохранения Гарвардской школы общественного здравоохранения имени Т. Х. Чана.
«Повышение температуры моря и увеличение количества осадочных отложений в морях могут приводить к вредоносному цветению водорослей или учащению случаев пищевых отравлений из‑за ускоренной порчи продуктов при высоких температурах», — говорит Голден. Цветение водорослей может приводить к накоплению нейротоксинов в моллюсках, таких как устрицы и морские гребешки. Употребление таких моллюсков способно вызвать тяжёлое отравление и даже смерть. Порча продуктов особенно опасна в таких регионах, как Мадагаскар, где улов доставляют на берег и готовят к употреблению на открытом воздухе.
Тем временем рыба может перемещаться ближе к полюсам, избегая наиболее тёплых морских вод. В результате в наиболее уязвимых регионах, таких как Юго‑Восточная Азия, Карибский бассейн, Африка, Центральная Америка и острова Тихого океана, рыбы станет меньше. Масштаб последствий зависит от степени климатических изменений. Исследования показывают, что при полном отсутствии мер по смягчению климатических изменений уловы рыбаков у малых островов Тихого океана могут сократиться на 58–92%, а в Юго‑Восточной Азии — на 70–86%. Это приведёт к росту продовольственной нестабильности и недоедания в этих регионах. Последствия, вероятно, ощутят и США, поскольку большая часть потребляемых там морепродуктов импортируется из субтропических и тропических вод других регионов.
По словам Голдена, изменения торговых сетей могут смягчить удар для американских потребителей, однако предсказать их трудно. Среди возможных последствий он называет «изменение цен или торговых потоков, которое приведёт к изменению рациона или увеличению доли продуктов длительного хранения и глубокой переработки, которые, как мы знаем, не полезны для здоровья». Иными словами, меньше свежевыловленного луциана и больше мясных консервов.
Отдельные производители уже приспосабливаются, иногда так, что потребители этого даже не замечают. «Изменение климата плохо тем, что это медленно движущаяся волна, — говорит Элизабет Волкович, профессор лесного хозяйства Университета Британской Колумбии. — Вы не замечаете, как всё меняется у вас под ногами. Яблоко, которое едите вы, — уже не то яблоко, которое будет есть ваша внучка».
К слову о яблоках: производителям на северо‑западе тихоокеанского побережья и северо‑востоке США станет сложнее поставлять их в школьные ланч‑боксы по всему миру. Сокращение числа холодных дней и увеличение числа дней с экстремальной жарой, вероятно, снизят урожайность яблонь, влияя на сроки и характер их перехода в состояние покоя и цветения. Поскольку для создания плодоносящих садов в новых регионах требуется пять и более лет, результатом могут стать сокращение предложения яблок и рост цен.
Нынешние сорта мягкой арабики (Coffea arabica) могут стать более редкими и дорогими, поскольку изменение климата вытесняет производителей кофе из многих традиционных районов выращивания, а засухи сокращают урожаи. Более землистые и горькие зёрна робусты (Coffea canephora) лучше переносят повышение температуры, однако даже им может повредить усиливающаяся из‑за изменения климата сезонная нестабильность.
По словам Волкович, климатические изменения уже повлияли на вино, способствуя появлению менее кислых и более алкогольных вариантов, однако процесс происходил достаточно медленно, поэтому человек, не являющийся знатоком вина, мог этого и не заметить. Любителей вина ждут дальнейшие перемены: исследования Волкович показывают, что изменение климата повлияет на сорта винограда, которые смогут выращивать виноделы. Лесные пожары в винодельческих регионах, например в Калифорнии, также могут придавать вину неприятный едкий и дымный привкус.
Но изменятся не только вкусы. Породы молочного скота в США происходят из прохладной и облачной Северной Европы, поэтому с повышением температуры их молочная продуктивность снижается. Только в период с 2012 по 2016 год тепловой стресс в среднем ежегодно снижал надои на 1%, а к 2050 году связанные с жарой потери, как ожидается, увеличатся на 30%.
Американцы уже давно пьют всё меньше молока в чистом виде, однако спрос на йогурт и сыр растёт, говорит Джаред Хатчинс, доцент кафедры экономики сельского хозяйства и потребления Иллинойсского университета в Урбане‑Шампейне и ведущий автор исследования молочной продуктивности. Производство этих продуктов сильно зависит от содержания жира и белка в молоке, а именно эти показатели начинают снижаться в первую очередь, когда коровам становится жарко. «Именно жир и белок обеспечивают производство кисломолочных продуктов, пользующихся высоким спросом», — рассказал Хатчинс Live Science.
По словам Халтгрена, похожая картина наблюдается во всём сельском хозяйстве. «На каждый градус повышения глобальной температуры производство калорий [сельскохозяйственными культурами] сокращается на 120 килокалорий, или пищевых калорий, на человека в день, — говорит он. — Это около 4,5% рекомендуемого суточного потребления калорий».
Этот расчёт, опубликованный Халтгреном и его коллегами в журнале Nature в 2025 году, уже учитывал меры, которые фермеры могут принимать для сокращения потерь урожая. Без такой адаптации показатель был бы более чем на 30% выше, отметил он.
Сокращение количества доступных калорий приведёт к нехватке продовольствия в уязвимых регионах, таких как Африканский Рог или Индия, говорит Марина Романелло, исполнительный директор международного исследовательского проекта Университетского колледжа Лондона, отслеживающего влияние климата на здоровье. В Северной Америке, по словам Халтгрена, «это будет ощущаться как инфляция» — ещё один фактор, подталкивающий вверх цены на продукты.
Для фермеров проблемой становится ежегодная неопределённость, связанная с изменением климата. Будет ли в этом году засуха? Случится ли внезапный шторм или наводнение, которое смоет весенние посевы? Стоит ли рисковать и переходить на новое жароустойчивое растение или новую сельскохозяйственную технологию?
Та же неопределённость преследует и долгосрочные прогнозы. Климатические переломные точки способны вызывать внезапные и необратимые изменения системы. Для сельского хозяйства одним из самых пугающих таких сценариев является возможный коллапс Атлантической меридиональной опрокидывающей циркуляции (АМОЦ). Эта система океанических течений переносит тёплые поверхностные воды на север от экватора, а холодные воды — на юг, согревая Северную Европу и северные районы Северной Америки и охлаждая Южное полушарие.
Если эта циркуляция прекратится, северо‑запад Европы резко похолодает. Согласно исследованиям, минимальная температура в Лондоне может опускаться до минус 20 °C, то есть ниже самых низких температур, когда‑либо зарегистрированных в городе. Количество осадков по всей Европе сократится, что приведёт к засухам. Тем временем в Амазонии влажный сезон может стать сухим, а сухой — влажным, говорит Рене ван Вестен, климатолог из Утрехтского университета в Нидерландах, изучавший последствия коллапса АМОЦ.
С другой стороны, если АМОЦ не разрушится, ожидается, что в Лондоне потеплеет на 2,7 °C, а количество осадков увеличится на 15–18% в зависимости от сезона. Такая неопределённость затрудняет подготовку. Вопрос о том, произойдёт ли коллапс АМОЦ и, если да, когда именно, по‑прежнему вызывает множество споров. Следует ли фермерам готовиться к тому, что Англия будет становиться всё теплее, или ожидать её погружения в небольшой ледниковый период?
Связанные с АМОЦ изменения будут разворачиваться в течение десятилетий или столетий даже в случае полного коллапса, рассказал ван Вестен Live Science. Но даже в этом случае сельское хозяйство Европы и северо‑востока США пришлось бы полностью перестроить. «Адаптироваться к такому сценарию будет очень сложно», — сказал он.
Впрочем, это не означает, что коллапс мировой продовольственной системы неизбежен. Фермеры уже адаптируются к первым последствиям изменения климата, сокращая посевы культур, требующих большого количества воды, в засушливые годы, а в некоторых регионах испытывая новые жароустойчивые сорта, чтобы уменьшить потери.
Кроме того, человечеству уже удавалось предотвращать надвигающиеся сельскохозяйственные катастрофы. В 1950-х и 1960-х годах новые сорта риса и пшеницы вместе с распространением синтетических азотных удобрений дали начало «Зелёной революции»: мировая урожайность зерновых выросла втрое, тогда как площадь сельскохозяйственных земель увеличилась всего на 30%. Подобные инновации могут ограничить распространение голода даже в условиях дальнейшего потепления.
Однако главный способ смягчить последствия остаётся самым очевидным. Халтгрен и его коллеги выяснили, что адаптация способна сократить потери калорий из‑за изменения климата на 30%, однако ограничение потепления за счёт сокращения выбросов уже сегодня может уменьшить эти потери вдвое. Аналогичным образом, по словам ван Вестена, АМОЦ движется по пути ослабления, однако если человечеству удастся замедлить темпы изменения климата, циркуляция сможет восстановиться.
«Если вы сокращаете выбросы, — говорит ван Вестен, — вы снижаете риск».