Прочитала текст Алексея Чадаева о разнице между действием и деятельностью. Сработал клинический рефлекс.

Слушая менеджеров из транснационального консалтинга, быстро улавливаешь суть их реальности. Они заняты производством деятельности. Содержание там отсутствует, вместо него — чистая, не-буддийская пустота. У действия есть начало, процесс и финал. У деятельности нет результата и она бесконечна.

Язык выдает эту мутацию с головой. В русском языке слово «маркетинг» легализовалось в статусе академической дисциплины. Возникает иллюзия, что есть объективно существующий «Рынок» (как лес или океан), а маркетинг — это навигация в нем.

В английском смыслообразование прозрачно. Взяли существительное market (рынок, базар). Из него сделали агрессивный глагол to market (выставлять на продажу, впаривать). И уже к нему прикрутили суффикс -ing.

Живой акт обмена превратился в симулякр. В герундий. В бесконечный процесс принудительного «орыночивания» человеческого внимания, социальных связей и тревоги.

Маркетинг не одинок. У него есть семья:

• Консалтинг (Consulting). Было конечное действие: проконсультировать, решить узкую проблему бизнеса. Получился бесконечный процесс производства презентаций. Отдел специалистов не отвечает за то, рухнет ваш завод или нет. Они занимаются консалтингом.

• Коучинг (Coaching). Было действие: тренер поставил хук, ученик пошел на ринг. Стал процесс: вязкое сопровождение клиента с неясной целью «улучшения вообще».

• Брендинг (Branding). Было действие: поставить раскаленное клеймо на корову, чтобы отличить свою от чужой. Стал бесконечный процесс конструирования мифологии вокруг куска мыла.

• Нетворкинг (Networking). Был акт: заключили партнерское соглашение, сделали дело. Стал механический конвейер по коллекционированию социальных контактов ради самих контактов.

Корпоративный герундий не имеет предела. Он искусственно вырезает из процесса точку финала и ответственность за результат. Он осваивает бюджет бесконечно.

Как этот лингвистический симулякр выглядит приземленным в реальность? Передо мной сидит женщина в стрессе. У нее прекрасная должность и эмоциональное истощение. Почему? Потому что человек не может долго дышать мертвым воздухом.

Она рассказывает о стрессе конца рабочей недели. В мире происходит событие. Абсолютно проходное, не имеющее отношения к бизнесу их клиента (скажем, извержение вулкана на Гавайях). Но в офисе объявляется тревога. Отдел собирается на экстренный зум-колл. Десяток взрослых, высокооплачиваемых людей сидят до утра и не расходятся.

Они ждут. Ждут, когда к митингу присоединится стратег, ответственный за тональность высказывания. Но стратег в отпуске. Он в Японии, любуется сакурой. Но Концепт у него. А без концепта пост писать нельзя. И они сидят в Нью-Йоркe, жертвуя сном, перекладывая слова в ожидании резолюции из-под сакуры.

У меня от этих историй возникает стойкое дежавю. Это процесс позднесоветского партсобрания. Но есть разница. На партсобрании люди изображали деятельность (спали с открытыми глазами), потому что все, кроме протокола, стало пустым ритуалом.

Корпоративный герундий — это производство деятельности, конвейер Генри Форда, на который положили пустоту.

Люди в напряжении ждут на зум-колле. У них конвейер застопорился. Тайминги жесткие. Пост должен быть опубликован сегодня к 8:00. Сетка вещания расписана на квартал вперед, завтра к выдаче стоит поздравление День Рождения Продукта, весь в цветах. Это имитация, возведенная в ранг высокотехнологичного индустриального процесса.

Здоровому человеку все равно, что скажет производитель кроссовок о вулкане. Но система требует изображать страсть. Никто не имеет права встать и сказать: «Мы шьем тапки, нам плевать на вулкан». Вынужденная имитация озабоченности судьбой редкого вида жучков на склоне вулкана теперь называется корпоративной этикой.

И дело не в массовом помешательстве. Это прагматичная экономика герундия.

Тот самый недоступный стратег сначала придумал эту галлюцинацию, «впарил» компании-клиенту необходимость реагировать на каждый чих. Подписан контракт, получена предоплата, оплачена контекстная реклама площадкам. Специально создан или расширен отдел. Людям придумали должности.

Теперь этот пост — расплата по долговым обязательствам целой индустрии. Они сидят до утра, потому что деньги уже прожраны, в том числе на сакуру. Энергия, сопоставимая с затратами на строительство пирамиды, уходит на согласование трех предложений в соцсетях. Если завтра этот пост не выйдет, в конце года Evaluation покажет невыполнение KPI, и отдел будет расформирован.

Трагедия моей клиентки не в том, что она устала или не понимает, что происходит. Психически здоровому человеку необходима не деятельность, а осмысленные действия и соприкосновение с реальностью. А она годами варится в герундии.

Корпорация платит ей огромные деньги не за талант, а за ежедневное насилие над собой. За согласие жевать пенопласт, сохраняя звериную серьезность. Диплом MBA сделал ее заложником прожранного бюджета.

Оригинал текста опубликован в моем Telegram-канале Daresay (@daresays).