На некоторые вопросы ответить проще, чем на другие.
Много лет назад - больше, чем мне хотелось бы признать - в те времена, когда программное обеспечение устанавливалось с компакт-дисков, а для выхода в интернет нужно было ждать, пока модем дозвонится по телефонной линии, мы писали тексты с помощью текстовых процессоров.
Именно так Microsoft Word получил свое название: буквально версия текстового процессора от Microsoft. А до Word были терминальные редакторы вроде WordStar - которым, как известно, до сих пор пользуется Джордж Р. Р. Мартин.
В то время у нас были проверки орфографии. Гораздо более примитивные, чем современные инструменты в браузерах и приложениях.
Из руководства пользователя WordStar 4.0 - версии 1987 года, в которой до сих пор пишет автор «Игры престолов»:
«Проверка орфографии выполняется в три этапа: сперва SPELL составляет список всех слов из вашего документа, которых нет в словаре. Затем REVIEW показывает каждое слово и помогает найти правильное написание. На последнем этапе MARKFIX берет проверенный список и вносит изменения в документ».
Программы проверки орфографии сверяли каждое слово с локальным словарем на компьютере. Нет в словаре - значит опечатка.
Со временем вы создавали пользовательские словари. Позднее появилась проверка пунктуации и настраиваемые правила стиля. Например, помечать ли длинные тире без пробелов как ошибку.
Быть писателем означало быть механиком
Чтобы писать, нужно было быть одновременно и писателем, и продвинутым пользователем своего текстового процессора. У каждого приложения - свой набор инструментов, горячих клавиш и причуд интерфейса.
Разработчики гордились своими творениями. То руководство пользователя - 428 страниц, которые можно читать все выходные, с пустым разделом для заметок в конце.
Это были хорошие времена. Компьютеры медленнее. Программы менее функциональны. Приходилось больше думать, больше возиться. Похоже на то, как быть механиком собственного автомобиля.
Сравните это с тем, как дети используют ChatGPT сегодня. Будто смотришь на два разных мира. Одновременно восхищаешься прогрессом - и пугаешься будущего.
Письмо как акт когнитивного эксгибиционизма
Письмо в своей простейшей форме - это процесс мышления на бумаге. Хотя бумага в наши дни так же иллюзорна, как и большая часть написанного: белый прямоугольник, нарисованный на экране графическим процессором.
В некотором смысле это акт когнитивного эксгибиционизма. Вы излагаете слова на письме, нажимаете «Опубликовать» и обнажаете их перед публикой. Надеетесь, что кто-то где-то когда-то увидит в них ту красоту, которую однажды увидели вы.
Существовала причинно-следственная связь между мышлением в голове и словами на бумаге.
Уровень письма определялся глубиной мысли. Плохой мыслитель - плохой писатель.
До сих пор. И в этом моя главная претензия к генеративному ИИ.
Почему я удалил Grammarly
Я отказался от Grammarly несколько лет назад. Программа была хорошей. Слишком хорошей. Настолько, что я стал небрежным в письме. Зачем следить за клавишами, когда Grammarly исправит опечатки?
Я удалил приложение в тот день, когда оно перестало просто проверять ошибки и начало предлагать варианты переписывания.
Боже, эти переписывания. Вы бы видели мое лицо, даже сейчас, когда думаю о них. Передергивает. Казалось, будто приложение выполняет миссию по превращению моего письма в такое же, как у всех остальных.
Нет уж, спасибо.
Какое-то время я использовал Writer.com - оно позволяло настраивать собственные правила стиля. Писать ли через дефис cast iron во фразе cast iron skillet. Выделять ли даты средним тире вместо дефиса.
Но затем приложение перепрофилировалось в какую-то агентную платформу ИИ-райтинга для корпораций. Появился ChatGPT, и я понял: можно просто скопировать текст и попросить проверить опечатки и грамматику. Зачем спелл-чекер, когда есть джинн в бутылке прямо в браузере?
Джинн в не тех руках
Этот джинн может быть опасен. Дайте его тому, кто не ценит писательское мастерство - и он будет штамповать слова. Много, очень много слов.
Мы видели это во время недавнего наводнения сети «словесным мусором» - slop, новый термин для писанины от ИИ.
Проблема в том, что когда все используют ИИ для извержения этого мусора, настоящей работе - письму, которое остается в памяти, которое призвано тронуть чье-то сердце - становится все труднее выделиться.
Это как когда центральный банк печатает деньги, чтобы раздать всем наличные. В итоге все становятся беднее, потому что сами деньги обесцениваются.
Или как новости. Там столько смерти, разрушений и безнадежности, что к моменту, когда натыкаешься на что-то позитивное, ты уже слишком очерствел.
Вот что генеративный ИИ делает с практически всем. И писательство - только начало.
Бунт творцов
Неужели так профессиональные музыканты чувствуют себя по поводу любителей вроде меня, способных выдать музыку, просто дав ИИ промпт? Музыкальная шкатулка, сошедшая с ума?
Может быть, поэтому художники и иллюстраторы бунтуют против ИИ? Поэтому разработчики так держатся за свои рабочие места?
История технологий - история абстракции
Чем больше развиваются технологии, тем меньше нам нужно понимать мир - или знать, как им управлять.
До появления калькулятора любой, кто работал с числами, должен был быть своего рода математиком. Не нужно было быть вундеркиндом, чтобы открыть мясную лавку. Но нужно было рабочее знание математики.
Местный мясник вел тетрадь с расчетами процентов выхода продукции и прибыли. Это позволяло ему не только продавать стейк, но и держать лавку открытой день за днем.
Сколько мясников сегодня умеют работать с дробями? А вы смогли бы справиться с дробями без калькулятора?
Это благо - и проклятие - технологий. По мере развития они забирают на себя все больше рутинной работы. Делая нас все более зависимыми от них в этой самой рутине.
Программирование до эпохи LLM
Компьютерное программирование на заре было не для слабонервных. Языки были низкоуровневыми. Когда писали код, по сути давали компьютеру прямые инструкции о том, как управлять электронными схемами. Неверные инструкции могли привести к сбою или потере данных.
Нужно было знать машину вдоль и поперек. Быть предельно внимательным к инструкциям и порядку, в котором их даешь.
Затем Джон Маккарти придумал Lisp, внедрив понятие оценки кода перед передачей машине. Его студент Стив Рассел написал первый интерпретатор. Ошибки стали менее фатальными - между разработчиком и машиной встал еще один слой, отлавливающий ошибки на ранней стадии.
Это было как оснастить автомобили антиблокировочной системой тормозов. ABS облегчает вождение, но означает, что можно водить, так и не приобретя продвинутых навыков.
На этот раз все иначе
Даже с интерпретируемым языком нужно знать язык. Даже с ABS нужно уметь водить.
С ИИ вы садитесь на заднее сиденье, и машина едет сама. Просите создать приложение - он создает. Это впервые. Ни одна предыдущая технология не работала автономно без явной последовательности инструкций.
Технология дает, технология забирает.
Когда смотришь на ИИ через эту призму, масштаб изменений кажется почти естественным и ожидаемым.
Мы - современные крестьяне?
До промышленной революции от 80 до 90% населения мира были фермерами. Людям нужно было есть, производство еды было трудоемким. Почти все, за исключением привилегированного меньшинства, пахали поля и доили коров.
Доля рабочей силы США на фермах сегодня - менее 2%.
Может быть, дети правы, используя ИИ. Может быть, мы - современные крестьяне. Просто наши клочки земли больше не растят пшеницу - они измеряются читателями, подписчиками и фолловерами. Если подумать, мы даже платим ренту «владыкам» платформ, на которых пишем.
Еда волшебным образом появляется на обеденном столе. Едва ли кто-то знает, как она производится. Может быть, то же произойдет с писательством. С музыкой. С картинами. С кодом. Где то, что мы делаем прямо сейчас, будет восприниматься как излишнее, архаичное.
Можете ли вы представить мир, где ИИ пишет книги по запросу? Где вместо поиска приложения для списка дел вы просто генерируете его?
Пока одни боятся этого будущего, другие уже используют нейросети как инструмент - не замену мышлению, а его усилитель.
Делегируйте часть рутинных задач вместе с BotHub!
Для доступа к сервису не требуется VPN, и можно использовать российскую карту.
По ссылке вы можете получить 100 000 бесплатных токенов для первых задач и приступить к работе прямо сейчас!
Мне нравится пахать поля
Не знаю. Если это фермерство - мне нравится пахать поля. Хочу делать это до дня своей смерти.
И все же что-то беспокоит. Одно дело - просить ИИ проверить опечатки. Совсем другое - просить делать за тебя работу по написанию и мышлению.
Вот что пугает. В тот день, когда мы потеряем способность связывать воедино два осмысленных абзаца мыслей, мы потеряем что-то, что никакая машина никогда не сможет заменить.
Надеюсь, этот день никогда не настанет.
Комментарии (15)
eeglab
05.01.2026 07:42"Пока одни боятся этого будущего, другие уже используют нейросети как инструмент - не замену мышлению, а его усилитель." - LLM именно усилитель. Текст написанный ИИ без серии правок и направлений просто набор, несвязанных единой логикой, предложений, который неинтересен сам по себе. Это проблема появилась ещё до LLM. С 2000х выросло поколение молодых людей, практически не читающее книг и потребляющее "пережеванную" интеллектуальную пищу Ютуба. Конечно, молодежь в целом не стала глупее, но среди студентов, как следствие вышеназванной причины, я сейчас часто наблюдаю: снижение способности к устойчивому удержанию аргументативной структуры при написании текстов, ухудшение причинно-следственной логики, рост импульсивности коммуникации, падение терпимости к когнитивному усилию (хотя это всегда было - мозг ленивый орган) и снижение навыков критической оценки источников. Замечали, что молодежь предпочитает видео инструкции, а более старшее поколение - чтение инструкций? Все эти симптомы ничего не напоминают? Очень похоже на модный ныне диагноз СДВГ (хотя СДВГ это все же неврологический диагноз, минимальная мозговая дисфункция, связанный с органическими причинами). В целом мое мнение, нужно не бороться с ИИ, не бояться его, а понимать, что ИИ не костыль, это прежде всего когнитивный усилитель , он усиливает те способности, которые уже развиты у человека, повышает его продуктивность, это своего рода NZT48, он не отменяет необходимости тренировать свой мозг через усилие и "боль" ("мозг" всегда нужно было выводить из комфорта, ведь любая когнитивная нагрузка это трата энергии, что нейроны так не любят)- заставлять его работать.
Elpi
05.01.2026 07:42Про минимальную мозговую дисфункцию. Любопытно, что вы вспомнили этот термин, ММД. Моя мать (невролог) произносит это как "мумуде":)
Становится достаточно очевидно, что молодежь вовсе не безнадежна. Они изначально живут в новой среде (к которой мы адаптируемся) и в чем-то сильнее (в чем-то пока слабее). Но это точно не повод для "плача", согласитесь.
Мыслительные усилия (как и физические) проходят разные этапы эволюции. Сначала требуются усилия и сила воли. А потом без работы мозга ощущаешь жизнь пустой и скучной. Важно "довести" до нужного этапа:)
tkutru
05.01.2026 07:42Автор в заголовке как бы задаёт вопрос, и после потока из 100500 букв так и не даёт ясного ответа.
Emulyator
05.01.2026 07:42Генеративный "ИИ" активно занимает пустовавшую "творческую" нишу между "быстро, дешево, плохо" и "долго, дорого, хорошо". Его ниша это - "очень быстро, дешево, приемлемо ". Конечно это грубое обобщение, и можно привести много контр-примеров и других градаций, но общая тенденция мне видится именно такой, т.к. она прослеживается в истории в самых разных областях и имеет очевидные экономические причины. Несомненно, многие людские навыки обесценятся, несомненно, многие навыки видоизменятся и обогатятся "ИИ" инструментами, несомненно, доступность и массовость еще сильнее победит числом "ламповость", "крафтовость", но что-то точно останется на радость не смирившимся почитателям последних. )
Elpi
"Кто ясно мыслит, тот ясно формулирует". Очевидно, что автор мыслит неясно, столько путаницы давно не встречал.
Вы про когнитивное или эмоциональное письмо? если про второе, то это явный оффтопик на Хабре. А вы про писательское мастерство, сердце и проч. Мысли где?
Какой-то объем, "слой" повседневной рутины всегда уходил из практики по мере эволюции технологий. Ничего нового с LLM не появилось. Я когда-то про логарифмическую линейку даже лекции читал - а сейчас про нее мало кто помнит. И что?
Сначала был "идиотизм деревенской жизни" (с). Потом городская неволя, "дом-работа, работа-дом". Потом высвободилась еще часть времени - и тут-то выяснилось, что стенания были насквозь лживыми. Народ расходует свободное время на что угодно, кроме личностного роста и физического совершенствования. И это точно не LLM виновата.
Вы не понимаете главного. По мере уменьшения рутинных операций высвобождается время для высокоуровневых. Это, кстати, очевидно, по управленческим практикам, когда руководитель раздавал обязанности секретариату, заместителям и проч. Теперь вместо референта LLM - и что изменилось для "вождя"? можно вовсе не думать?
Соответственно, для состоявшихся, зрелых людей появление новых инструментов - это праздник. Потому что высвобождается время "на подумать". Качество решений может и должно стать выше. А основная проблема в том, где дальше брать таких людей? как и чему учить подрастающее поколение? (Это, кстати, проблема "джунов", которых перестали брать на работу. В моменте это верно - но откуда будут черпать миддлов и сеньоров через 10 лет?)
Вместо заключения. Проблемы (как и разруха) всегда в головах. Если имярек вместо повышения уровня анализа, мышления переключается на "танчики" - то LLM здесь причем? Судя по вашему тексту, требуется актуализировать практику хунвейбинов и отправлять нерадивых на перевоспитание в деревню?..
codecity
Зрите в корень. Человек то смертен, не будут деды вечно работать. И далее как бы не получился кризис, ведь в теории может получиться что технологии вроде есть, а людей, которые смогут продолжить развитие - уже нет.
Wesha
Всё уже украдено до Вас!
— Учитель! — почтительно произнес маленький Ник. — Я выполнил всё, что вы велели, и пришел заниматься. Какой у нас будет сегодня урок?
— Последний, малыш, — Старый Тэн повернул к нему своё кресло — Сегодня у нас будет последний урок по истории цивилизации планеты Кальрун. А потому садись поближе и будь внимателен: я расскажу тебе… о шпаргалке. Помнишь ли ты, что это такое?
— «Шпаргалка, — охотно процитировал Ник, — это бумажка, на которой нерадивый ученик записывает то, что должен был запомнить, а потом подглядывает, отвечая учителю».
— Верно, малыш. Вначале это действительно был безобидный клочок бумаги — гармошкой, спиралькой, трубочкой… Многие поколения школьников и студентов Кальруна изощряли свою изобретательность, совершенствуя шпаргалку. Тогда это была больше игра, чем проступок. Игра в риск, в находчивость… Ведь чтобы разместить на крохотной площади максимум информации и незаметно для бдительных экзаменаторов прочесть её в нужный момент, требовались и талант миниатюриста, и навыки фокусника.
Игра кончилась, когда к созданию шпаргалок была привлечена фотография. Она не только решила задачу миниатюризации «тайных конспектов», но и позволила легко их размножать. В результате родилось новое ремесло — производство шпаргалок.
Некоторое время развитие шпаргалки шло по пути совершенствования маскировочных средств: её монтировали в авторучки, пуговицы, часы… Такие «шпоры» были очень популярны у школьников и не сразу исчезли даже с появлением электронной шпаргалки.
— Электронной? — удивился Ник.
— Да, малыш. Успехи микроэлектроники рано или поздно должны были натолкнуть «шпаргальщиков» на эту мысль. Правда, сначала это был всего лишь крохотный приёмник-передатчик в виде специальной ушной пробочки. Второй передатчик находился у подсказывающего. Схема, как видишь, была ещё довольно громоздкой и предполагала, что на десять лоботрясов найдется хотя бы один прилежный ученик, который станет за них думать. Но уже на следующем этапе «шпаргализации» образования передатчик подключили к стационарной ЭВМ, а со временем создали и отдельные микрокомпьютеры, которые каждый мог носить с собой замаскированными под привычные предметы.
Новые шпаргалки нашёптывали ответы с учетом новейших открытий в данной области знаний. Стоила такая шпаргалка денег немалых, но с её помощью можно было выдержать самый строгий экзамен. Целое поколение слушателей средних и высших учебных заведений Кальруна окончило их, не зная специальности.
Эти люди и после учёбы не расстались со своими шпаргалками. На заводах, в институтах, в лабораториях бывших студентов ждали новые испытания, и, чтоб хоть как-то их выдержать, нужны были «кибернетические шептуны». Так из учебных аудиторий «электронная шпаргалка» шагнула в жизнь. Подпольный промысел «шпаргальщиков» разрастался. Кальрунцам требовались универсальные шпаргалки, способные решать широкий круг задач. Электронщики и кибернетики, посвятившие себя этому бизнесу, создали и такие аппараты.
Легко получая дипломы и продвигаясь по службе, человек почти ничего не знал, поэтому многие и со шпаргалкой стали попадать в неловкое положение. Тогда «шпаргальщики» придумали звуковую приставку, которая в виде коронки крепилась на зуб и отвечала на вопросы голосом владельца, — тому достаточно было шевелить губами в такт словам.
Новинка разошлась мгновенно.
Поскольку кальрунцы желали выглядеть умными и компетентными не только на работе, то этими приставками стали пользоваться везде. С их помощью вели интеллектуальные беседы в гостях, в театрах, на улице. Со стороны казалось, что люди спорят, высказывают мнения, сомневаются, тогда как они просто открывали рот, а беседовали за них электронные шпаргалки.
Тщеславные родители поспешили приобрести «говорящие шпаргалки» своим неразумным чадам, и повсюду один за другим стали появляться шестилетние, пятилетние и даже трёхлетние вундеркинды. Несчастные дети с малых лет отучались мыслить — за них думал электронно-кибернетический мозг, упрятанный в висящую на шее безделушку. Мода на вундеркиндов распространилась по всему Кальруну, и вот уже вослед за поколением неучей росло поколение дебилов.
Все эти события начинали самым плачевным образом сказываться на самих электронике и кибернетике. Роботизированная промышленность остро нуждалась в специалистах, а их становилось всё меньше, да и те, последние, переключались на производство шпаргалок, потому что это было прибыльно.
Развитие электроники, как и других отраслей, остановилось. Действовало только подпольное шпаргалочное производство, но и оно скоро стало угасать…
— Почему? — спросил Ник.
— Потому что «шпаргальщики» старели и умирали, а новым было неоткуда браться. Да, «шпаргальщиков» становилось всё меньше, но они не бросали своё ужасное дело. Кальрунцы продолжали высокоинтеллектуальные разговоры, часто уже не понимая того, что раздавалось из их собственного рта. Иногда они забывали шевелить губами в такт словам, но, так как к этому времени все уже имели шпаргалки и знали их секрет, никого это не удивляло.
— А потом, учитель?.. Что было потом?
— Потом? — Старый Тэн нахмурил щётки бровей. — Потом умер последний из «шпаргальщиков». Делать шпаргалки стало некому. Но Кальрун был уже так наводнён ими, что никого это не огорчило. Люди продолжали, не разжимая зубов, беседовать, руководить и давать советы.
Но вот шпаргалки начали ломаться. Они ломались и раньше, но тогда их чинили. Теперь чинить их было некому, потому что никто уже толком не помнил, что такое электроника.
Поломка шпаргалки оборачивалась для её владельца настоящей катастрофой — он не мог больше принимать участие в умных беседах и вынужден был сторониться общества. Такие люди собирались в отдельные группы и общались мычанием. Остальные ещё разговаривали, но шпаргалки портились одна за другой, и постепенно мычащих стало больше, чем говорящих.
Давно были забыты ремёсла, утрачена письменность. Роботизированная промышленность ещё кое-как работала, обеспечивая кальрунцев пищей и одеждой, — ею управляли сложные электронно-кибернетические комплексы, запрограммированные на десятилетия. Но и они нуждались в уходе и ремонте.
Наконец застыло всё. Дольше всех функционировал наш Координационный Центр, но он не мог оживить умирающие заводы и только констатировал их остановку. Как умирал он сам, ты видел, малыш. Это и был конец цивилизации планеты Кальрун.
До сих пор нас было двое в этом мёртвом храме кибернетики, и я учил тебя всему, что знал. Но мне уже не подняться из операторского кресла — мой энергозапас на исходе. Так что скоро ты останешься один. Твоя урановая батарея протянет ещё лет десять, поэтому постарайся не пропасть раньше срока. Ещё раз проверь, хорошо ли заперты двери лифта. Бойся сырости, и пока лето, отыщи и заделай все щели на этаже. Почаще меняй смазку в суставах — в шестой лаборатории её целый бак. Там же батарейки для фонаря, на большом стеллаже вни… — старый робот умолк на полуслове, и голова его медленно опустилась на стальную грудь.
— Учитель!.. Учитель!!! — Маленький Ник всеми шестью манипуляторами тряс старика Тэна, пока не понял, что тот уже не ответит. Постояв возле неподвижного гиганта, маленький робот отправился выполнять его последние наставления.
В коридоре было выбито стекло. Прежде чем закрыть отверстие снятым с пола пластиком, робот выглянул наружу.
Внизу, в зелёном колодце двора, на разорванном буйной порослью асфальте возились три грязных, волосатых человека. Двое вертели палочку в углублении деревянной колоды, а третий что-то туда подкладывал. Скоро над колодой закурился сизый дымок. Люди издали торжествующий вопль.
Рождалось новое знание.
(Александр Лесь. «Шпаргалка». «Пионер» № 8 за 1990 год).
kenoma
Многие технологии уже утрачены, но тем не менее, прогресс цивилизации не месте не встал.