Вы каждый день делаете выбор профессии заново, и – как и в случае с любовью – притворяться смысла нет.


Будьте несчастным, или мотивируйте себя. Что бы вам ни пришлось делать – это всегда ваш выбор
Уэйн Дайер


Вот и закончился очередной год, и настало время для ответа на последний вопрос уходящего года. Как всегда, вы отправляли мне свои вопросы и пожелания, и мы поздравляем Радита, который просит меня заняться глубоким самоанализом и спрашивает:

Я не очень хорош в астрономии и всяком таком, но мне очень нравится читать об этом. Вопрос мой таков: что побудило вас решить, что это нечто, чем вы хотите заниматься до конца жизни? Это произошло потому, что вас поразила красота ночного неба?

Это самый частый вопрос, который я получаю от юных (и не очень) людей (от тинэйджеров и тех, кому за 20), и вы заслуживаете обстоятельного ответа. Поехали!




Приблизительно такими были мои первые микроскоп и телескоп

Помню, когда я был совсем маленьким – 5-6 лет – я жил на девятом этаже в квартире на задворках Нью-Йорка. И как-то в декабре, на Хануку или на Рождество я получил в подарок микроскоп и телескоп. Это было начало 1980-х, поэтому оба инструмента были довольно сложны в использовании. У микроскопа не было подсветки – у него было зеркальце, которое нужно было выставить так, чтобы оно подсвечивало предметное стекло, на которое ты смотришь. Также у него были три уровня увеличения, и если ты поворачивал шкалу, чтобы выставить третий уровень, предметное стекло всё время ломалось. А в телескоп мало что можно увидеть, если вы живёте на окраине одного из самых загрязнённых светом городов в мире. Но у нас был балкон, выходивший на восток, и я пытался поймать полную Луну, когда она восходила в начале ночи.


Тут я попытался воссоздать картину, которую я видел в свой телескоп

План оказался ужасным. Меня очень интересовали планеты, из-за гравитации и с общенаучной точки зрения, но мои попытки разглядеть что-либо в телескоп провалились. Гораздо позже я узнал, что разглядывать полную Луну без специального оборудования (особенно, лунного фильтра) – это верный способ не увидеть ничего интересного.

Мне хватало, чем увлечься – например, мне нравилась математика, а также наука о том, что происходит на микроскопических масштабах. Поэтому я тогда увлекался биологией, клетками и примитивными формами жизни.



Но кое-что вернуло меня обратно ко Вселенной. Как верно отметил Радита, прекрасное ночное небо не единожды оказало своё влияние. Я помню, как малышом любил ходить в походы, и как я удивлялся всем чудесам, что открывались в небе, включая медленно перемещавшиеся огоньки летящих вверху спутников.



Я помню, как в 11 лет летом в северной части штата Нью-Йорк, когда я дружил с ещё одним мальчишкой моего возраста и его старшим братом, мы просто лежали на спине в траве, болтали обо всём и ни о чём, и смотрели на огромный полог звёзд. И в первый раз я почувствовал себя частью Вселенной, и мне показалось, что я могу упасть с Земли в небо, если я не буду как следует держаться за траву.

А через несколько лет я катался на лодке, и также разглядывал прекрасный вид ночного неба, и думал про возможность наличия у Вселенной конечных размеров. Так же, как путешествуя в одну сторону по Земле, вы можете вернуться в точку старта, вы можете вернуться в начало пути, если отправитесь в космическое путешествие. И даже было возможно увидеть одну и ту же звезду или галактику, видимую с одной стороны, с её другой стороны, если бы Вселенная имела форму, которая бы это позволяла.



Для вас это может звучать обыденно, но для меня это неизгладимые воспоминания, и это часть моего прошлого, приблизившая меня к Вселенной. И можно было бы решить, что именно они требуются для того, чтобы получить мой «знак отличия», как говорят в сериале «Мой маленький пони».



Как объясняет всем юным пони мисс Черили, учительница из сериала:
Знак отличия появляется на боку пони, когда он или она узнаёт нечто, что отличает его или её от всех остальных.


Но в жизни это работает по-другому! Такие моменты, идеи или опыт не приблизили меня к принятию решения по поводу того, чем я хочу заниматься до конца жизни. Уверен, что если вам кто-нибудь скажет: «у меня был такой момент, когда я обрёл уверенность в том, что знаю, что хочу заниматься этим до конца жизни», то он будет обманывать вас, а также и себя самого.



Потому что, несмотря на мою любовь ко всем таким вещам, я ненавидел школьную физику, и считал учителя и сам предмет тупым. Я думал, что химия, где мы изучали электронные структуры атомов и молекул, была самой интересной наукой.



Когда я попал в колледж и понял, что космология – история о том, откуда взялось всё то, что мы наблюдаем во Вселенной – была настоящей наукой, я был пленён ею, и она помогла перевести меня на путь получения диплома по физике. Некоторые её аспекты очаровывали меня, но были и те, что я находил до смерти скучными, а также такие, которые меня вообще не интересовали. Есть такой романтический миф, что учителя обучают студентов, будучи влюблёнными во все аспекты своей области деятельности – всё это неправда. У всех нас есть предпочтения, предубеждения, и это нормально. Эта история научила меня уважать людей и области деятельности, которые мне самому были неинтересны.

Кроме того, физика была не единственным предметом моей специализации, и не единственным родом занятий, который я себе выбрал. Также я занимался античностью (история и языки Древних Греции и Рима), и не знал, что хочу «делать до конца жизни». Поэтому по совету хороших друзей (привет, Келли и Андрэа!), я попробовал поработать учителем и понял, что мне это нравится. Так и нашлась моя первая работа после колледжа.



А своё занятие на будущее я определил, как раз занимаясь преподаванием для старших классов (извините, бывшие мои ученики, но мне это не очень нравилось). Именно этот опыт, опыт работы, о которой я понял, что не испытываю к ней привязанности и влечения, опыт, которого бы не было, если б я не попробовал это занятие – именно он помог мне сориентироваться и понять, что мне хочется делать вместо этого.

Поэтому я пошёл в магистратуру, выбирая институты, где были преподаватели и программы по предмету, интересовавшему меня больше всего: физическая космология с астрофической точки зрения. В результате из семи отправленных мною заявок пять были одобрены, и я выбрал ту, что подходила мне более всего.



Хотел бы я сказать, что тут и сказочке конец – но это даже не середина. На пути обучения пришлось проделать много тяжёлой работы и приобрести сложные навыки. И каждый раз от меня требовали чего-то, над чем я мог и хотел трудиться, при этом эти темы были мне очень интересны. Об этом редко говорят, но одного желания дойти до цели недостаточно – одна только страсть к достижению цели вас не поддержит. Вы должны любить отдельные детали вашего занятия, которыми вы ежедневно занимаетесь – или вы перегорите.

И все годы обучения я делал то, что мне нравилось. Мне очень повезло, потому что те, кому это не нравилось, не дошли до докторской степени, или, что хуже, упрямо шагали к цели, а достигнув её, вели жизнь, которая им не нравилась.

И это ещё не конец истории. С тех пор я много раз оказывался в такой ситуации, когда работая в области астрофизики и космологии, я занимался не совсем тем, чем хотел. В 2008 году из-за этого я бросил постдокторантуру в Аризонском университете.

В 2011 я отверг предложение от колледжа Льюиса и Кларка преподавать у них – а для многих это работа мечты – поскольку это не вписывалось в мои долгосрочные планы.


А обе эти позиции редки и желанны многими

В последние годы я двигаюсь от исследований к повествованию, поскольку, судя по всему, именно туда ведёт меня моя страсть: к тому, чтобы делиться удивительной историей того, откуда всё возникло во Вселенной, со всеми, кто ею интересуется. С моей точки зрения, изучение этой темы является самым замечательным достижением в человеческой истории; при этом всего несколько тысяч человек знают, куда ведёт нас фронтир научного знания. Я планирую заполнять эту пустоту в знаниях.



Если честно, Радита, не было у меня такого определённого момента или одной идеи, которая бы заставила меня сказать «Я хочу заниматься этим до конца жизни», и я думаю, что я должен быть благодарен за это. Вместо этого, несмотря на то, что у меня были эпизоды озарений и «вау»-моменты, меня двигают силы и стимулы, которые не только поддерживают то, чем я занимаюсь, но и слегка меняют мой курс. И хотя я думаю, что все мои последующие занятия будут связаны с астрофизикой и космологией, в их точном определении я не уверен.

Тем не менее, я надеюсь, что при появлении следующей возможности я смогу снова поменять направление моего развития и пройти через новую дверь, чтобы принять всё, что скрывается за ней.



Спасибо за прекрасный вопрос, и надеюсь, что объяснение было сделано понятно для вас и для остальных. Присылайте мне ваши вопросы и предложения для следующих статей.
Поделиться с друзьями
-->

Комментарии (1)


  1. Mako_357
    04.07.2016 19:31

    В детстве мечтал быть астрономом. Десятки книг и энциклопедий, затёртые до дыр, бессонные ночи (зимние тоже), собственноручно сделанный телескоп…
    Может когда-нибудь вернусь к этому и сделаю это моим хобби.